— Когда? — переспросил Иван. — Думаю, что чем быстрее, тем лучше. А то вдруг кто-нибудь обнаружит нашу лазейку.
Они бежали на следующий день. Дело близилось к вечеру, надвигалась тьма, а она — самый надежный и верный спутник и помощник всякого беглеца. Она и укроет, и запутает следы, и убережет от погони… Учебный отряд, в состав которого входили Коломейцев и поляк, возвращался с занятий на полигоне. Сегодня целый день напролет их учили, как лучше и надежнее окружить обнаруженный партизанский отряд. Занятия были утомительными, приходилось много бегать, ползать по-пластунски, бросаться в короткие стремительные атаки, так же стремительно отходить, стараясь таким образом выманить на себя предполагаемого противника, вновь атаковать, заходя с тыла и флангов… Что и говорить — утомительные это были занятия. И хорошо еще, что учебный полигон находился неподалеку, на территории лагеря, а то бы курсантам пришлось совсем худо.
— Всем десять минут отдыхать! — скомандовал по-русски унтер-офицер. Затем ту же самую команду он повторил по-польски. Этот унтер-офицер не был немцем, он когда-то был красноармейцем, но вот каким-то образом выслужился перед немцами, дослужился до унтер-офицерского звания и теперь командовал учебным отрядом будущих карателей.
Курсанты в изнеможении упали на землю. Кто-то пил воду из фляжки, кто-то закурил, а кто-то просто в сердцах выругался, причем по-русски. Темнота между тем сгущалась, стал накрапывать дождь. Судя по всему, через минуту-другую дождь готов был припустить во всю мощь. Отдыхали курсанты неподалеку от того самого нужника, который накануне ремонтировали Коломейцев и поляк. Иван нашел взглядом поляка и выразительно щелкнул пальцами. Это, несомненно, означало, что можно попробовать убежать. Причем именно сейчас. Все тому благоприятствовало: надвигающиеся сумерки, дождь, нужник с залатанной прорехой в задней стене…
— Подъем! — скомандовал унтер-офицер. — Всем в казарму! Оружие в пирамиду!
Да, у подневольных курсантов было при себе оружие — немецкие винтовки. Без оружия что за тренировка? Конечно, патронов в оружии не было. Патроны для учебных занятий не полагались. Патроны курсанты должны были получить потом, когда станут настоящими карателями и вступят в бой с настоящим партизанским отрядом.
— Господин унтер-офицер! — сказал Коломейцев. — Мне на минутку — в нужник…
— И я теж, — подошел к унтер-офицеру поляк.
— Приспичило вам! — ругнулся унтер. — Ладно, на все про все вам две минуты! А потом догоняйте остальных.
— Слушаюсь, — с готовностью произнес Коломейцев и первым пошел в нужник.
А за ним — и поляк. И оба — с оружием.
Внутри было пусто, и это было удачей. Не сговариваясь, Коломейцев и поляк бросились к задней стене. Миг — и в стене образовался лаз.
— Давай! — вполголоса произнес Коломейцев. — А я за тобой!
Снаружи также никого не оказалось. Шел дождь, и никому не хотелось высовывать носа. Да и к тому же никто и помыслить не мог, что вот сейчас, прямо сию минуту, в лагере происходит немыслимое — побег сразу двух заключенных. Да притом какой побег! Тоже, можно сказать, немыслимый — через прореху в нужнике! Кто бы об этом мог подумать?
— Ходу! — скомандовал Коломейцев. — Чем дальше, тем лучше!
И они побежали. Они бежали, спотыкались, падали, поднимались и вновь бежали, бежали, бежали… Они прекрасно понимали, что чем дальше они убегут, тем больше у них будет шансов на спасение. Винтовки они не выбрасывали. Да, оружие было без патронов, но патроны можно будет раздобыть. А пока нужно бежать.
…В лагере их хватились через пятнадцать, а то, может, и через двадцать минут.
— А где эти двое? — спохватился унтер-офицер. — Которые отпрашивались в сортир? Вернулись? Эй, вы! Отзовитесь!
Понятное дело, что никто не отозвался. В полутьме барака толпились усталые курсанты, но тех двоих вроде как не было.
— Гм… — растерянно произнес унтер и заглянул в пирамиду с оружием.
Курсанты уже успели составить в нее свое оружие. Но две ячейки оставались пустыми. Это означало, что те двое до сих пор не вернулись, они куда-то подевались, причем вместе с винтовками.
— Они что же, провалились вместе с оружием? — недоуменно произнес унтер. — Куда их черти подевали? Ведь сказано было — на все про все две минуты! Ну-ка, вы трое — за мной!
Унтер вместе с тремя курсантами выбежал из барака и торопливо направился к недалеко расположенному туалету. Уже окончательно стемнело, дождь усилился, по территории лагеря метались лучи прожекторов. В их пронзительном белом свете дождь казался еще сильнее, чем он был на самом деле.
— Эй! — окликнул унтер-офицер, когда подбежал к нужнику. — Где вы там? Куда запропастились!
Но никто ему не ответил.
— Что за черт? — произнес он уже не столько растерянно, сколько испуганно.
Он кинулся внутрь нужника и включил зажигалку. В ее неверном, мигающем свете увидел прореху в задней стене.