- Спасибо, господин капитан, - щелкнул каблуками Альберт, подхватил чемоданчик и осторожно зашагал по указанному маршруту. Очень осторожно. Иначе недолго и взлететь! Не только от радости, потому что обер-лейтенанта Графа переполняли в настоящий момент переполняли самые разные чувства.
Коридор номер пять представлял из себя длинный туннель, выдолбленный в незнакомой горной породе. Что это? красный гранит, базальт, мрамор? Альберт не был геологом, поэтому и не знал ответа на этот вопрос. Неважно. Метра четыре в ширину, столько же в высоту - достаточно просторно, хорошая вентиляция, яркое освещение, и ни одной встречной души. Шагай себе до ближайшего перекрестка, и старайся не взлететь.
На перекрестке, за которым коридор разбегался в четыре разные стороны, никто Альберта не ждал. Но молодой офицер скучать не собирался - тут было на что посмотреть. Великолепная статуя из того же красного камня, четыре с половиной метра -- нет, она не упиралась в потолок - здесь потолок превращался в сферический купол. Мускулистый воин в древнегреческих доспехах, явно изготовленный с большим вниманием и любовью к деталям. Все эти значки, эмблемы, застежки... Но самое интересное - на выступающем постаменте, у ног воина, горел огонь.
Огонь?! Здесь?! Даже хозяева базы не могут настолько беспечно относиться к технике безопасности! Вот болван, обругал себя Альберт, это же голограмма. Отличные спецэффекты. Мастерская работа, на несколько секунд чистосердечного заблуждения.
Обер-лейтенант снова поднял глаза на памятник. Между прочим, какой же это древний грек?! Альберт Граф никогда не увлекался античной историей, одним ухом прослушал обязательные курсы в военной академии - и все благополучно забыл через день после экзаменов. Поэтому он не узнал костюм древнего воина, но все-таки догадался - это римский легионер. А кто же еще?!
- Это Марс, бог войны, - произнес чей-то насмешливый голос у него за спиной.
- Я так и понял, - покривил душой обер-лейтенант, но поворачиваться не спешил. Если незнакомец настолько невоспитан, что готов говорить со спиной своего гостя, то спина Альберта Графа против этого нисколько не возражает!
- Ты должен совершить жертвоприношение, - продолжал голос. - Иначе Марс может обидеться.
- Я добрый католик, - надменно заявил Граф.
- Как скажешь, - усмехнулся незнакомец. - Но в Риме веди себя как римлянин. Негоже в первый же день нарушать местные обычаи.
- Я должен зарезать какое-то животное? - нерешительно уточнил Альберт. Что касается обычаев, голос был абсолютно прав.
