<p><strong>«Как мних, вошедший в полночь в келью…»</strong></p>Как мних, вошедший в полночь в келью,Поклоны бьет, раскрыв свой складеньИ горько каясь пред постелью,Во всех грехах, свершенных за день, —Так я, мятежный и виновный,В полночный час молю смиренноПростить мне умысел греховныйПроникнуть в таинства Вселенной…Я к небу шел тропой крутоюИ постучался у преддверья,Где тайной веяло святою,Как в храме после повечерья.Никто не слышит! Звать — бесцельно…И в этот час, полна тревоги,Моя душа скорбит смертельноИ знает: дальше нет дороги.Несу на теле след увечий…Мне не по силам жизни бремя:И гаснуть где-то мысли-свечи,И где-то умирает Время…<p><strong>Мечта</strong></p>
Qu’est ce que l’imagination sinon la memoire de сe quo ne s’est encore produit.
J. Green
Из всех рабов земных лишь людям, только нам,Неведомой Судьбой иной удел дарован:Невольникам открыть свободный путь к мечтам —Туда, где мы вольны, где дух ничем не скован…Весь мир всецело наш! На краткий срок мы там,Где в грезах радостных наш разум зачарованПредчувствием того, что ближе с каждым днемИ памятью о том, чего мы смутно ждем…<p><strong>«Ты мне сказала: — Я люблю…»*</strong></p>Ты мне сказала: — «Я люблюОдно лишь в жизни многогранной:Живую жизнь!» И я скорблю,Что отдал все мечте туманной.Скорблю, что шел стезей слепца,Что сердце жить и ждать усталоИ что до близкого концаЕму осталось жить так мало…А ты — как молния, ушла…И, как замедленные вздохи,В душе, где нарастает мгла,Проходят поздние сполохи…<p><strong>«Как алый шар исполинский…»</strong></p>Как алый шар исполинский,Спускается солнце за тучи,И красный парус латинскийПолощет тихо по ветру…Ложатся длинные тениНа черные горные кручи,Далекие окна селений,Сады и белые виллы.И разум вновь легковернейИ верить тому, что желанно:В таинственной дымке вечернейТаятся древние зовы…И сердце робкое радоВсему, что так мнимо и странно,И шепчет: «Не надо, не надо,Чтоб солнце завтра вернулось»…<p><strong>Леонора<a l:href="#n_2" type="note">[2]</a></strong></p>
