И тут же обернулась к толпившимся вокруг милишникам.
— Сейчас кину по клану опрос о смене лидера. Если проголосуете за меня, мы сможем запросить помощь Северного Альянса. Они еще успеют прислать нам ресурсы на апгрейд. Другого способа сохранить Твердыню нет. А теперь все за дело: тащите старые ворота, ставьте их, пока Тигры не сломали второй источник. Защищайте, не дайте им пройти! Мне нужно время. Белый, командуй!
Милишники бросились выполнять приказ. А Люсинда ненадолго зависла. Буквально через полминуты то один, то другой Горец стал на миг замирать. Голосуют, понял я.
Все прошло быстро, без заминок. Мне процесс был не виден, но, судя по растерянной морде Шокера, ситуация складывалась не в его пользу. И вот уже Ярый сочувственно вздохнул и, ткнув в меня пальцем, повернулся к Люсинде.
— А с этим что делать, кэп?
— С этим? — Девушка окинула меня цепким взглядом. — А вот что!
Мгновенное, едва уловимое движение руки — и в меня одна за другой полетели три ледяные молнии.
Последним, что я услышал, стал громкий звук лопнувшей струны. Конец второму источнику.
Едва я оказался на круге возрождения в Мергусе, как прилетело сообщение:
Люсинда. Неудивительно: сам того не желая, я помог ей стать главой «Горного потока». Не факт, что она смогла бы сдвинуть Шокера, не поведись он на мою хитрость. Что ж, мне стоит сказать ей спасибо: убила, а не велела запереть в каком-нибудь каменном мешке, чтобы бесконечно там мучить. Шлем, конечно, жалко, ну да хрен с ним, крылья по-любому лучше.
Эта мысль привела меня буквально в эйфорию. Ну как не гордиться собой, а? И режим штурма активировал, и Мечеворот сломал, да еще и крылышки за это выторговал. Ай да Макс, ай да сукин сын!
Не успел я сойти с круга, как на нем появился еще один человек — Гааз. Увидев меня, он радостно воскликнул:
— Гермес!
— Привет. Что, убили?
Пожав протянутую ему руку, лекарь поморщился.
— И не спрашивай. Твой Кафка — тот еще учитель. Учитель-мучитель.
Бок о бок мы пошли по городской улице, на ходу беседуя.
— Не понял. Тебя чародей грохнул⁈
— Как сказать… В общем, он обучает меня умению обращаться с ядами. Но при этом считает, что лучше всего я буду в них разбираться, если сам все попробую.
— Фигасе! И ты соглашаешься?
— А что делать? — развел руками Гааз. — За два дня я получил от него больше знаний, чем за все свое пребывание здесь. Причем он дает то, о чем в интерфейсе не прочтешь. Я очень благодарен тебе, правда. Хотя методы у него, конечно, зверские. Один раз он так рассердился на меня, что даже превратил в таракана, прикинь?
Я сочувственно поцокал языком, но упоминать о том, что чародей такое проделывал и со мной, не стал. Незачем ронять себя с пьедестала.
Лекарь вздохнул и добавил:
— После смерти всегда так хочется есть.
Осмотревшись, я сообразил, что неподалеку находится «Темная личность».
— Пошли, покажу тебе классную забегаловку.
— Звучит неплохо, — обрадовался он. — Только, чур, в этот раз плачу́я.
— Ты разбогател?
— Заработка у меня пока нет, но на еду Кафка дает.
В целом, даже несмотря на необходимость дохнуть от ядов, парень сейчас выглядел намного бодрее, нежели раньше. Чему я от души порадовался, считая это отчасти своей заслугой.
Проходя мимо маленького рыночка на углу, я заметил торговца, напомнившего мне недавнего ночного прохожего. Этот тоже походил на фонарь, его лицо слегка светилось. Я ткнул Гааза локтем в бок.
— Ты не в курсе, отчего у непися сверкает морда?
— Где? — встрепенулся он.
— Вон, корзины продает.
— Не вижу.
— Да вот же, в желтой рубахе.
Лекарь посмотрел на меня и участливо спросил:
— С тобой все в порядке?
— Хочешь сказать, что… — напрягся я.
— Лицо как лицо, — Гааз пожал плечами. — А тебе неплохо бы отдохнуть.
Его слова заставили меня крепко задуматься. Всю дорогу я пытался найти объяснение столь странному явлению и, наконец, понял.
У порога «Темной личности» я столкнулся с Клеснером, который находился на своем обычном месте, стараясь уберечь бродяг и воров от непредвиденных неурядиц. Он кивнул мне и сухо спросил:
— Твой человек?
— Мой, — подтвердил я.
Клеснер придирчиво осмотрел лекаря и мотнул головой:
— Проходите.
Чего это он сегодня такой строгий?
