Чикако рассказала, что командование Экспедиционного корпуса обещало не отнимать землю и не арестовывать активы гражданских лиц, однако не было никаких гарантий, что корейцы выполнят это обещание. Чтобы завладеть собственностью, им было достаточно объявить человека преступником. Никто не знал, как корейцы собираются управлять захваченным городом. Единственно, что стало понятно для Чикако с начала ее работы в штабе ЭКК, так это то, что каждый из корейцев был уникальным специалистом в той или иной области. Ей приходилось часто контактировать с офицером отдела материально-технического снабжения по имени Ким Хван Мок. Девушка была прекрасно образована, проста в общении и чрезвычайно трудолюбива. Она так много работала, что, казалось, вообще не нуждалась в сне. Правда, Чикако очень боялась огромного майора Кима Хак Су, обладавшего поистине леденящим душу взглядом. Она была просто в шоке от того, как грубо он обращался со своими подчиненными. Страх был настолько силен, что она избегала даже взглядом с ним встречаться.
Разобравшись с очередностью просмотра диска, женщины обеспокоенно поинтересовались у Чикако, не собираются ли корейцы взорвать хранилище сжиженного газа в случае военного конфликта. Но Чикако и сама не знала, так как обратиться к кому-нибудь из корейцев с подобным вопросом она смертельно боялась. Впрочем, проработав в командном центре несколько дней, она сомневалась, что люди Корё сделают что-то подобное, — уж больно благоразумными и практичными они выглядели. Ким Хван Мок провела огромную работу с местными торговцами, и, когда ей удалось заполучить партию инсектицидов и антисептика, она радовалась, как ребенок. Спецсредства потребовались в связи с тем, что в помещениях командного пункта внезапно появились целые орды насекомых… Конечно, угроза взрыва газохранилища была хороша в качестве средства шантажа, но в действительности это означало бы конец и для самих корейцев.
Напоследок Чикако рассказала своим приятельницам историю про переработку бумаги. Об этом она узнала от Ли Кви Ху, офицера разведки.
— А вы знаете, как в руки Экспедиционного корпуса попала личная информация о гражданах Фукуоки? — спросила Чикако.
— Нет! — хором закричали женщины.
— Всем известно, что местные власти передали идентификационные коды корейцам, чтобы спасти заложников. Но тут ведь что: последние десять лет Фукуока экспортировала большое количество макулатуры. К нам приходит множество контейнеров со всякой всячиной, так не отправлять же их обратно пустыми? Тем более что в Юго-Восточной Азии не хватает бумаги, вот и решено было отправлять туда использованные документы. Но дело-то в том, что у нас в мэрии постоянно твердят об экономии, и нам приходится делать заметки и черновые расчеты на обратной стороне распечаток. А кто будет думать, что там могут оказаться и чьи-нибудь личные данные? Есть, конечно, шредеры, но кто будет заморачиваться, чтобы совать в них каждую бумажку?
Заинтересованные женщины окружили Чикако плотным кольцом.
— И вот мне рассказали, — продолжала Чикако, — что часть экспортируемой макулатуры шла в Северную Корею. А там целая куча людей только и занимались тем, что просматривали каждый клочок, собирая любую информацию. А ведь туда отправляли не только наши документы, но и бумаги из банков и частных компаний. Вся эта информация стала достоянием северокорейцев, и они использовали ее при захвате Фукуоки. Кроме того, мне рассказали, что при создании сети «Джуки-Нет» к работе привлекались частные фирмы, которые передавали часть работы по договорам субподряда индийцам и китайцам, а те в свою очередь передавали информацию в КНДР.
— Но это неописуемо! — воскликнула жена директора филиала «Сони». — Кто бы мог подумать, что они сделают такую глупость?
Она еще раз уточнила, после кого наступит ее очередь смотреть аниме, бросила приятельницам: «Пока!» — и направилась к машине.
Жена владельца ресторана припарковала свой «сааб» рядом с «маздой» Чикако и составила ей компанию.
— Я тут вот что узнала, — сказала она, понизив голос. — У меня есть знакомая, молодая девушка. Она замужем за сыном булочника — у него как раз магазин рядом с нашим рестораном. Так вот. Ее мужу уже тридцать, но он до сих пор катается на мотоцикле в байкерском клубе «Клан скорости». И она рассказала мне, что ее муж и его друзья помогли на днях каким-то парням проникнуть в отель «Морской ястреб». Дескать, эти парни собираются взорвать отель и уничтожить Экспедиционный корпус. Но мы тогда были выпивши, поэтому ручаться за правдивость ее слов не могу.
Она провела пальцем по надписи на хангыле, что была на стекле «мазды».
— Но, как мне кажется, в отеле все в порядке? — спросила она. — Да вроде да, — ответила Чикако. — Ничего такого не было.
