обеденный зал был заполнен чуть не на половину.
- Дорогой Гастон, что с вами?- Раздался наиграно издевательский голос де Атталя.
Тот устроился за одним из столов, и приметив своего доброго знакомого, поспешил
пригласить его составить ему компанию. Ну и не сумел удержаться от удовольствия,
пройтись по поводу состояния де Вержи.
- Лучше не спрашивай,- присаживаясь за стол, отмахнулся тот.- Давненько я не
напивался д потери памяти.
- То есть, того как вы с цесаревичем устроили пальбу в воздух посреди слободы, ты не
помнишь?
Между бровей Гастона пролегла глубокая борозда, указывающая на усиленную работу
мысли. Потом появилось страдальческое выражение.
- Смутно.
- Ясно. Тебе нужно срочно принять целительный бальзам,- констатировал иезуит.
- За тем и пришел. Грегор, у тебя найдется кувшинчик анжуйского?
- Разумеется, господин де Вержи,- тут же откликнулся трактирщик.
- Неси. И побыстрее. Ну и своего знаменитого барашка.
С барашком пришлось обождать, а вот кувшин с вином, и кубок появились сразу же. Уж
больно выразительным был вид у Гастона.
- Господа, предлагаю выпить за здоровье царя Дмитрия,- поднявшись со своего стула, провозгласил де Вержи.
Присутствующие в трактире вразнобой, и без энтузиазма поддержали здравицу. Так,
больше для порядка, чем в действительности желая здоровья царю.
- Дружище Гастон, тут все свои. Стоит ли, оно того?- Все же отпив за здравие государя, усомнился де Атталь.
- По твоему монарх дикой Московии не достоин уважения цивилизованных
европейцев? Я правильно тебя понимаю, Жером?- Отставляя в сторону осушенный
кубок, поинтересовался де Вержи.
- Не надо мне приписывать те слова, которых я не произносил, как и то, на что я не
намекал. Я просто хотел сказать, что подавляющее большинство европейцев находятся
в Московии только ради звонкой монеты. Нам хорошо платят, мы честно торгуем
своими талантами и кровью. Любить русских мы не обязаны.
- То есть, ты не любишь русского царя?
- Не люблю,- пожав плечами, легко согласился де Атталь. Но это мне не мешает честно
ему служить. Чего не скажешь о многих русских, которые всячески выпячивают свою
любовь и преданность царю.
Уж кто, кто, а де Атталь, имел право на подобные высказывания. Если бы Голицын
прислушался к словам своего советника, которого сам же и назначил на эту должность, то поход не окончился бы полным крахом. Нет, понятно, что Австрия и Польша
остались в выигрыше. Но Жером-то стремился к совершенно иному. Русская армия
должна была одержать громкую победу, причем не на политическом поприще, а на
военном.
А так, получалось, что все их, с Конти, старания пошли прахом. Голицын вернулся
побитой собакой, и несмотря на все свои попытки, до сих пор не сумел обратить на
себя внимание великой княгини. Весь их план рушился из-за твердолобости боярина.
Н-да. Насколько он хорош на политическом поприще, настолько же бездарен в
военном деле.
Конечно не все еще потеряно. У слияния Самары и Днепра поставлена крепость с
земляными валами. Там уже сейчас организовываются магазины для будущего похода.
Так что в следующий раз, армия двинется куда более подготовленной. Да и Голицын,
который вроде бы вновь назначен на командование войсками, теперь уж куда
внимательнее прислушивается к советам де Атталя.
Вот только, время. Оно теряется впустую. А в свете того, как де Вержи прошлым
вечером расхаживал перед княгиней петухом с распушенными перьями, интрига
начинает терять смысл. Хм. Или, стоит перенаправить свои усилия, только и всего. Ведь
Гастон француз, пусть и стал рядиться в русские одежды, и предпочитает говорить на
русском.
Наконец, он не какой-то там перекати поле. У него во Франции остались близкие. А
значит, есть чем на него надавить. Впрочем, это уже решать не им. Инициатива
принадлежит провинциалу, вот пусть он и думает.
Конечно остается еще вопрос с этим стрельцом. Но теперь тут можно действовать
более радикально. В недавнем послании от провинциала сказано, что следствием по
факту смерти их брата в Вильно, установлена причастность к данному преступлению
никого иного, как Карпова. Прямых доказательств конечно нет, но все указывает
именно на это. Ну и еще, его участие в раскрытии заговора против княгини. Словом, на
смертный приговор он себе уже насобирал.
- Что же, в твоих словах есть резон,- вынужден был согласиться полковник, всем
существом чувствуя, как по телу растекается облегчение.
Вино начало свое действие, и на ясности мысли это сказалось далеко не в последнюю
очередь. Что не могло не радовать. Закрепляя успех, Гастон вновь ухватил кувшин, и
наполнил кубок. Снова осушил его одним махом.
- Грегор,- окликнул трактирщика де Атталь.
- С меня хватит,- тут же поспешил поставить его в известность де Вержи.- Мне нужно
было только поправить здоровье.
- Как скажешь.
Вскоре принесли барашка, и Гастон с аппетитом принялся за еду. Его состояние
становилось лучше с каждой минутой, и проглоченным куском горячего мяса. А взор
уже рисовал радужные перспективы предстоящего свидания. Ну ладно, пусть не
совсем свидания, или совсем не свидания. Но какая разница? Главное, что он вновь
