Граф отстранился, сладко лизнув мои губы напоследок, взял со стола салфетку и вытер ею свои пальцы. А я, тяжело дыша, откинулся на спинку стула, не в силах сомкнуть развратно раздвинутые ноги с собственной спермой на бедрах.
Анри, ни слова не говоря, взял другую салфетку и, присев передо мной на корточки, стал бережно обтирать мои бедра. Закончив, опустил рубашку, успев во время этой процедуры жарко поцеловать меня еще несколько раз.
— Анри… — с трудом пытаясь прийти в себя и отдышаться после этого безумства, шепнул я слабо.
— Да, моя радость? — мурлыкнул он мне на ушко, поднимая меня с кресла.
Сев на мое место, он усадил меня к себе на колени и прижал к своей груди. Я поднял голову и прильнул губами к его шее, стремясь оставить хотя бы маленькую свою метку на моем графе, чтобы любая курица, потянув к чужому руки, узнала, кому принадлежит граф Анри де Монморанси.
— Это безумие… — прошептал я едва слышно.
Кажется, я окончательно влюбился по самые уши.
========== Глава VII ==========
Анри.
— Это безумие… — прошептал на ухо Франц, прижимаясь ко мне, как маленький котенок, все еще тяжело и сбивчиво дыша.
Я улыбнулся, когда его маленькие губы впились в мою шею, оставляя ощутимый след. Маленький собственник. Мой маленький тиран. Я прикрыл глаза, смакуя прикосновения мягких, нежных губ. Повернув голову, приподнял его личико за подбородок и снова поцеловал, на этот раз ласково и нежно.
Француа шумно выдохнул, прижимаясь ко мне еще ближе, и закрыл глаза. Я заправил растрепанные волосы ему за ушко, медленно, неторопливо лаская языком сладкие, податливые губы, с удовольствием ощущая, как он все еще дрожит в моих объятиях. Он с видимым трудом отстранился от моих губ, прильнув к моей груди.
— Анри…
Я тихо рассмеялся.
— Ты забыл все слова, кроме моего имени, малыш?
Он посмотрел на меня снизу вверх довольно и охотно кивнул. На припухших губах его заиграла мечтательная улыбка. Я хмыкнул и, поцеловав его в макушку, предложил бокал сока.
— Пить хочешь?
— Хочу… — По-прежнему глядя на меня, он хотел было взять бокал из моих рук, но я отвел его в сторону.
Франц явно растерялся, а я, рассмеявшись, сам поднес бокал к его губам и слегка наклонил. Он с жадностью выпил весь сок и зажмурился, как довольный котенок, еще и заурчал тихонько, облизывая липкие губы от сладкого сока. Не удержавшись, я убрал стакан и сам, наклонив голову, обвел его губы языком, слизывая сладкую влагу. В ответ он поджал губы и хихикнул.
— Раз наша прогулка верхом отменяется, ты поспишь еще. — Я поднялся и отнес его на кровать.
— Только не смей уходить! — Франц вцепился в мой рукав, требуя это повелительным тоном.
— Хорошо… — Я поджал губы, чтобы не засмеяться.
Мягко высвободившись из хватки его цепких пальцев, я снял куртку и лег рядом с ним. Он тотчас же прильнул ко мне, обнимая за талию, и довольно тихо вздохнул.
— Ты ставишь меня в крайне неловкое положение, — заявил я с улыбкой, стараясь лечь так, чтобы он не почувствовал моего возбуждения. Да, я был все еще возбужден и не получил удовлетворения, но для меня это не было большой помехой на данный момент. Его получил Франц, и ему, очевидно, более чем понравилось. Эта мысль вызвала улыбку на моих губах.
— Почему это? — спросил он с искренним удивлением.
Похоже, считает меня железным. Я снова улыбнулся. После всех его уловок это неудивительно.
— Потому что. Спи, — сказал я, целуя его волосы.
— Ну почему, — захныкал он. — Расскажи!
— Если будешь много знать, — прошептал я ему на ушко интимным тоном, — морщинки появятся… Мой маленький, безумно очаровательный принц.
— Правда?! — Он притворно ужаснулся, поспешно дотрагиваясь до своих щечек. — Не может быть!
— Правда. А еще говорят, от любопытства кошка сдохла, — шептал я ему самым страшным тоном, на который был способен.
Но Франц не выдержал и закатился от смеха, разрушив все очарование нашей маленькой игры.
— Перестань! Ты меня обманываешь!
— Нет, в самом деле! — стараясь говорить как можно убедительнее, заверил я самым серьезным тоном. — Я много раз слышал эту пословицу.
— Ну, наверное… — неуверенно согласился Франц. — Хотя, может, и правда, — тут же, словно усомнившись, добавил он задумчиво. — Любопытство не всегда хорошо, правда ведь, Анри?
Я засмеялся и, не удержавшись, чмокнул его в макушку.
— Именно так, котенок, — торжественно произнес я. — Кстати, от любопытства тоже морщины появляются. — И тут же свернул тему: — Разве мой маленький принц не желает поспать еще немножко?
— Твой маленький принц подумает над этим, — честно пообещал мне мой златовласый чертенок и, прижавшись поближе, вдруг потребовал: — Расскажи мне сказку!
— Сказку… — Я задумался ненадолго и через несколько минут улыбнулся весело, лаская кончиками пальцев его мягкие локоны: — Как насчет «Кота в сапогах»?
— Давай! — Франц довольно заерзал, слегка усугубляя мое положение, хотя я уже и успокоился слегка, и, обняв меня за талию, закрыл глазки, как хороший мальчик, приготовившись слушать.
