– Ни при чем я. И никто не думал, грабить именно вас. Просто случилось так. Кузьма, сказал, что как только появится гусь при котором будет не меньше ста рублей, в окне второго этажа свечой проведут крест. Откуда же было знать, что там вы будете.
– Что еще за Кузьма? Ты толком сказывай, пока не порешили тебя, – потребовал Иван.
– Нищий. Он побирается у церкви Троицы, тут на Хохловке. Он все про всех ведает, даже то, чего они сами о себе не знают. Но он с вашим братом никогда дел не имеет. Мне обсказывает в подробностях, а уж я с ними договариваюсь.
– И сколько ты ему платишь за наводку?
– По разному бывает.
– За нас сколько взял?
– Десять рублей. Только я не ведал, что это именно вы, – поспешил заверить кабатчик.
– А сам-то сколько стряс с ватаги.
– Ни сколько. Голые они были, все спустили. Потом должны были поднести пятьдесят рублей.
Ну и расценочки у местного преступного мира. Но с другой стороны, не нравится, иди грабь кого не попадя. А тут, даже если отвалить полтинник, остается другая половина, а то и больше. Сигнал-то так просто не подали бы. Так что нормально, чего уж там.
Из сказанного Иван сделал два вывода. Первый, Иезуиты тут ни при чем. Даже для них получается слишком мудрено. Такие комбинации только в книжках срабатывают. Опять же, он бывало и месяц не появлялся у дяди Яши, и столько времени держать ватагу на адресе. Словом не реально и все тут.
Оно конечно, исключение такой составляющей как орден, дорогого стоит. Однако, второй вывод ему понравился куда больше, и если он окажется прав, то трудно себе представить, скольких головных болей удастся избежать. Его очень заинтересовала личность этого самого нищего Кузьмы.
Они с отцом конечно предпринимают кое-какие меры безопасности. До чего-то додумался Архип, что-то подсказал сын. Но все это одно сплошное дилетантство. Конечно современники Ивана могли с апломбом рассуждать относительно азов розыскной деятельности. Вот только все эти рассуждения, в реальности не стоили и ломаного гроша. В основе любой оперативной работы лежит сбор информации. И что не говори, тут нужно иметь талант, или если хотите призвание. И судя по тому, что они узнали, подобный талант сейчас подвизался под видом нищего у местной церквушки.
Признаться, Карпов подумал в эту сторону на основе все тех же прочитанных книг. У многих авторов главные герои неизменно обзаводились собственной службой безопасности. Довольно часто эта роль отводилась именно преступникам. Их неизменно перековывали, получая верных соратников, стоящих на страже секретов главгера.
Ерунда? Как сказать. Если столько людей твердит об одном и том же, знать в этом все же что-то да есть. Опять же, чуть ли не основоположник сыскной полиции Франции, некто Видок, так же был выходцем из преступной среды. Хм. Или только будет. Если только будет. Все же история этого мира немного отличается.
Остается только вопрос с преданностью этого персонажа. Тут Иван все же был склонен к наличию рычагов воздействия. Будут таковые, и можно думать о взаимовыгодном сотрудничестве. Нет? Ну что же, шагнувший на преступную стезю, должен отдавать себе отчет, что сколько веревочке не виться, а конец один.
Именно в надежде заполучить в свои руки этого самого Кузьму, Иван и не стал трогать кабатчика. А что, очень даже мог привлечь разбойный приказ. Как уже говорилось, имелся у него знакомый дьяк, обязанный Ирине. Так что, все обставили бы в лучшем виде. Раньше-то он опасался ордена, теперь же… Теперь хотел получить куда больше, чем отправленный на каторгу кабатчик.
Кузьму искать не пришлось. Он сам нашелся. Добрыня вовсе не собирался покрывать того, через кого на его голову свалился целый ворох неприятностей. А потому сообщил, что искомый индивид должен будет появиться с открытием кабака.
Пьянствовать Кузьма не пьянствовал. Но кружечку другую пива пропускал. Опять же, пообедать где-то нужно. Потом он исчезал, на сутки, вновь появляясь на следующий день к открытию. Даже наводки свои он сообщал когда приходил обедать.
Кузьма на вид оказался обычным нищим. Вот так, пройдешь и не запомнишь. Тщедушное сложение, если не сказать болезненная худоба. Козлиная бородка, нечесаные всклокоченные волосы, торчащие как пакля. Хитрый бегающий взгляд. Или он забегал только сейчас, потому как мужичок буквально нутром почуял опасность.
– Дернешься, пристрелю, – наведя на посетителя пистоль, пообещал Иван.
Тем временем Фрол преградил собой дверь, перекрыв пути отступления. Оно бы куда надежней приласкать его для начала. Но Иван велел мужичка не трогать. Не хотелось бы начинать свое знакомство с мордобоя. Ему ведь нужно было заполучить этого кадра с потрохами.
– Чегойтость господин хороший? – Кузьма даже подогнул ноги, изображая страх.
Оно конечно испугался, но по взгляду видно, что его мысль сейчас работает с неимоверной быстротой. Вот молодец. Ему прямо в глаза смотрят два черных провала стволов, позади стоит самый натуральный душегуб, в груди испуганной птицей бьется страх, а он ищет возможность вывернуться из безнадежной ситуации.
