— Работа фильтрационного комплекса храма Великое Очищение на станции Пластмасс временно приостановлена из-за возможного выхода из строя. — говорил по радио ведущий новостей. — Комплекс не рассчитан на экстремальный уровень загрязнения воздуха. Напоминаю, что если Вы оказались на улице — не забывайте менять фильтры респираторов и противогазов.
Припарковавшись возле офисного здания, которое находилось рядом с всё ещё горящим заводом, Макс надел на лицо маску с капюшоном, полотно прилегающую к респиратору и поднял воротник, крепящийся на липучках к нижней части защиты лица. Он вышел из автомобиля и оказался поглощённым чёрным ядовитым облаком, почувствовав себя аквалангистом, вышедшим из батискафа. В офисном центре в данный момент расположились представители прессы и должностные лица завода и различных служб, прибывших к месту аварии. Внутри здания с закрытой вентиляцией дополнительная защита уже не требовалась, но респиратор рекомендовалось не снимать. Макс прошёл по коридору до офиса, в котором собралось руководство завода для обсуждения своих решений. Без лишних слов, Макс открыл дверь офиса и представился, демонстрируя документ: представитель ОПК. Один из руководителей завода, сидевший во главе, среагировал на это представление как на команду. Встал и подошёл к Максу.
— Я директор завода по производству пластичных и эластичных полимерных материалов и изготавливаемых из них деталей, — представился руководитель. — Готов с Вами переговорить.
— Давайте пройдём в другое место, чтобы не прерывать совещания ваших коллег, — попросил Макс.
Директор завода согласился на уединённый разговор.
— Здесь есть свободный кабинет, выделенный для личных переговоров, — уведомил директор. Такое место Макса вполне устраивало и оба направились туда.
— Это не могло быть халатностью. — начал директор, как только они с Максом расположились в кабинете. — Все наши противопожарные системы были исправны. Но пока нет конкретных данных, нас попросили говорить прессе именно эту версию, о случайном возгорании.
— Я понял, — ответил на это Макс. — Скажите, меня интересует, как изменилась производительность завода за последнее время на фоне прошедшей волны митингов? Насколько сильны были возмущения среди рабочих вашего предприятия?
— Вы знаете, — начал директор, — я не могу сказать, что это было заметно. Я, конечно, слышал про эти акции, но как я понял, их эпицентр находится в южных республиках. На станции Пластмасс митинги проходили без особых последствий. Эти события вскользь упоминались в новостях и прессе. Я могу понять, к чему вы клоните. На юге они переросли в блокады рабочих на предприятиях федерального значения, у нас это так жёстко не выразилось.
В этот момент кто-то дёрнул снаружи ручку двери кабинета и, не сумев открыть заблокированную дверь, вежливо постучался. Макс нажал на столе кнопку разблокировки замка и раздражённо прокричал:
— У Вас что-то срочное?
В дверь вошёл митрополит Карл. Извиняясь, он заявил:
— Прошу прощения, я только сейчас смог прибыть. Думаю, что должен присутствовать при вашей беседе. — и не дожидаясь ничьего согласия, занял своё место за столом.
Макс не был против нахождения рядом Карла, но и никакой необходимости пока не видел, по которой митрополит должен здесь присутствовать.
— То есть все рабочие выходили в свои смены, без каких-либо проблем? — продолжил Макс опрос.
— Именно так, как я уже сказал. — подтвердил директор. — Никаких жалоб или заявлений от начальников цехов и комплексов по этому поводу мне не поступало. План производства и поставок продукции соблюдался.
— Скажите, — вмешался Карл, обратившись к директору. — получали ли Вы в последнее время какие-нибудь подозрительные письма или сообщения с просьбами или угрозами?
Директор задумался, стараясь вспомнить что-то подобное. Наконец он решил:
— Нет. Ничего такого я не получал. А что должно было быть? — тут он задумался ещё раз. — Хотя… знаете, мне на телефон пришло странное сообщение, но я не смог его открыть, если Вы это имеете в виду. Сообщение содержит неподдерживаемый формат символов. Сейчас посмотрю, кажется, я не смог его удалить.
Директор достал телефон и начал в нём искать.
— Вот, — произнёс он. — У меня даже не определился отправитель, видимо, поэтому телефон не может его прочесть.
— Позвольте, — Макс взял телефон из рук директора.
Сообщение и впрямь не содержало в заглавии имя отправителя, но это не помешало Максу переслать его на свой адрес. Сигнал телефона главы подразделения ОПК сразу издал сигнал, подтверждающий передачу сообщения, после чего Макс вернул телефон директора завода хозяину.
— Спасибо, — поблагодарил Карл директора. — Вам необходимо продолжить совещание со своими коллегами.
Получив это разрешение, директор завода покинул кабинет для личных переговоров, оставив Карла и Макса двоих. Карманный гаджет Макса с определением имени отправителя справился, но Максу это ничего не дало. Два странных символа в заглавии сообщения, которые Макс показал митрополиту. Карл понимающе кивнул, давая знать, что эта подпись ему знакома и спросил:
