Фабиан проглотил шпильку. Да, другие студентки считали возможность разделить с ним трапезу скорее наградой, ну да ладно. Не плюнула в лимонад — и на том спасибо.
— Я вижу тебя насквозь, Эренида. Думаешь, ты здесь самая хитрая? Пронесла оружие — и тебя отчислят? Так вот тебе последние новости: этого не будет.
На мгновение Эри растерялась, и Фабиан удовлетворенно ухмыльнулся. Попал-таки в цель! Однако радость посетила ректора ненадолго: розовая драконица опомнилась, сощурилась и перешла в наступление.
— А знаешь, что делают в Фервире с клеветниками? — хищно процедила она.
— Мы не в Фервире!
— Согласна, у вас в Тайфо все скучнее. Зато я могу написать жалобу в совет профессоров, что ты превышаешь полномочия.
— Что?! — опешил Фабиан.
— Да, мама дала мне вчера свод правил, я почитала перед сном. Оказывается, если какой-нибудь преподаватель несправедливо обвиняет студентку, то она может перейти на курс к другому. И даже больше тебе скажу: профессора могут отстранить от занятий на две недели! Увлекательно, правда?
Она наклонилась почти к самому его носу, и аромат горькой полыни чуть не выбил Фабиана из колеи. Он ждал от Эри чего угодно, но обернуть правила академии против ректора?! Не то чтобы он считал девицу с мечом совсем уж безграмотной, и все же готовился скорее к дракам и грубым выходкам.
— Если ты так внимательно все прочла, — ответил он, вставая, — то заметила, наверное, одну важную деталь. Обвинение — это замечание, занесенное в личное дело. А твое дело пока еще чистое. Пока.
— Да ты не бойся, — фыркнула она, — я же никуда не иду с жалобами. Простых извинений мне будет достаточно. «Прости, Эри, вон твое общежитие, больше я тебя не побеспокою до самой сессии». Как-то так сойдет.
— Извинений?! — взвился Фабиан.
Знал ведь, знал, что нельзя вестись на ее уловки, но Эри умудрялась раз за разом высекать в нем искры гнева.
— Именно! — она вздернула подбородок.
Фабиан медленно выдохнул, призвав остатки терпения.
— Я знаю, что ты взяла нож. Либо ты сейчас же выложишь его вот сюда… — он указал на стол. — Либо к концу следующей недели ты сдашь мне все гаммы. Все до единой. Хоть ночи напролет зубри, но… Ты что творишь?!
Строго говоря, Эри не творила, а вытворяла. Глядя Фабиану прямо в глаза, эта несносная девица расстегивала платье.
— Ну, словам ты не веришь… — протянула она, высвобождая одну пуговку за другой. — Придется доказывать. И где, по-твоему, у меня нож? Здесь? — И Эри рванула лиф, оставшись в тоненькой полупрозрачной сорочке.
Остроконечные холмики грудей выглядели так же воинственно, как и сама Эренида. И пусть ткань смягчала картину, они резали взгляд, пронзали самообладание насквозь. Фабиан мог поспорить: некоторые юнцы с радостью поплатились за это зрелище жизнью.
Но не он.
Пожалуй, Эри взяла реванш. Отомстила за поединок и сделала это красиво. Может, она специально все подстроила? Изображала нервозность, чтобы вызвать подозрения… Чтобы он затеял обыск — и пал перед ее женской властью? А он-то возомнил себя знатоком… Какая-то девчонка обыграла его в два счета!
И что теперь? Взмолиться о пощаде? Крикнуть: «Хватит, я тебе верю!» — и тем самым расписаться в своем поражении? Ну, для начала неплохо бы перестать смотреть. Только вот розоватые ареолы гипнотизируют, дразнят, словно две маленькие мишени. И ведь она не остановится! Вон, пышная юбка уже сползает с бедер. Игриво темнеет впадина пупка, косые мышцы тугими канатами будто указывают вниз…
И Фабиан отвернулся. Не всякую пытку можно вынести! А девица закинула его в такое пекло, откуда выхода только два: либо в постель — и сразу вон из академии навсегда, либо сразу в лечебницу для умалишенных. Просто стоять и с научным интересом выискивать нож, которого, вполне вероятно, не существует в природе, ректор не мог физически. Он и так проявил чудеса самоконтроля, не накинувшись на эту драконицу! Показать бы ей, чем чреваты игры на раздевание, да профессорская карьера того не стоит.
Кронфей направился к выходу из комнаты, не удосужившись объясниться. Зачем? Эри уже смаковала победу. Открыто насмехалась ему в спину, издевалась!
— Я так понимаю, нож искать никто не будет? — прозвенел бесстыжий голосок. — Можно одеваться? Сказала бы «До встречи!», но, надеюсь, мы больше не встретимся.
Фабиан застыл у самой двери. Как будто на невидимую стену напоролся. Теперь, когда полуобнаженная Эри не маячила перед глазами, сминая мысли в крошево, ректор вспомнил все нестыковки.
Актерская игра? Как бы не так! Во-первых, невозможно научиться этому с первой попытки. А во-вторых… Испарина? Ну нет, выдавить из себя пот у Эри бы не получилось. В гостиной было свежо и прохладно, недаром Фабиан высадил перед окнами высокие кусты парковой розы.
