- В смысле, сразу видно кто к этому творению руку приложил. Хотя признаться не ожидал от тебя такой усидчивости.
- Ага, я тоже. Но чего не сделаешь на спор...
Их взгляды встретились и они понимающе улыбнулись друг другу.
Идиллию прервал Ксюхин желудок, громко напомнивший, что он все еще голоден. И на этот раз девушка почему-то смутилась.
- Болтун, - досадливо бросила она.
- Садись за стол, чревовещательница, - осклабился Тим, не удержавшись от подколки, на которую Ксюша, впрочем, не обратила ни малейшего внимания, тут же бухнувшись на ближайший табурет.
Тимофей разлил суп по тарелкам и, устроившись напротив девушки, с каким-то затаенным чувством принялся следить за выражением ее лица. Почему-то ему было важно чтобы суп ей понравился.
Поймав себя на этом, Тим иронично усмехнулся сам себе - подумать только, пару недель назад он не допускал даже мысли, что может готовить для женщины, а теперь ему важно чтобы ей еще и вкусно было.
- Обалденно вкусно, - словно потакая его желаниям произнесла Ксюша и парень внутренне расплылся в довольной улыбке, никак не отразившейся на его лице.
- Перед тобой великий шеф-повар, детка. По-другому и быть не может. Кстати, оплату за обед я принимаю только натурой.
- Как любила говаривать моя бабушка: "Х***вато ты подстрижен, дружок".
- А вот это уже полностью твоя вина, - Тим провел рукой по своим волосам, торчащим светлым ёжиком, и обиженно сморщился.
Вновь почувствовав свою вину, девушка активнее заработала ложкой. Ну да, машинка для стрижки волос наше всё - зато теперь, по крайней мере, волосы у Тима одной длины - очень-очень маленькой.
- А что ты дарить будешь? - решила перевести разговор в более безопасное русло.
- Ну, - замялся Тимофей. - Я слепил видео из семейных фото и купил билеты в оперу. Дедушка, конечно, оперу терпеть не может, но бабушка не оставляет надежды привить ему любовь к высокому искусству.
- Прям как моя мама папе, - усмехнулась Ксюша, опустошая тарелку и направляясь к раковине.
- Надеюсь ты не страдаешь излишней любовью к опере? - Тиму показалось что в его голосе скользнули панические нотки, но ничего поделать с собой не мог - отношения с оперой у парня как-то не сложились, хотя бабушка и его активно приобщала к великому искусству.
- Нет, оперу я не люблю... - открестилась девушка, но тут же продолжила, заставив Тима подавиться вздохом облегчения: - То ли дело балет! Такие могучие парни в обтягивающем трико, ммм... - Ксюха закатила мечтательно глазки.
Тимофей отчетливо понимал, что девчонка его попросту дразнит, но клокочущее, неизвестное доселе чувство упрямо подкатывало к горлу.
- Обойдешься, - ровным голосом сообщил Тим.
Ксюша удивленно посмотрела на него, на некоторое время позабыв о намываемой тарелке у себя в руках.
- У меня глюки или я это уже где-то слышала? - нарочито задумчиво произнесла она. И насмешливо взглянула на парня: - Нельзя быть таким ревнивым.
- Я абсолютно не ревнив, - еще пару недель назад Тимофей и сам в это верил.
- Правда?
- Правда, - но Ксюша разбудила в нем это странное чувство собственничества, поэтому он который раз повторил: - Но ты только моя.
- Старая песня о главном, - хмыкнула девушка.
Тим невозмутимо пожал плечами. Но стоило Ксюше, показав ему язык, отвернуться обратно к раковине, как парень подкрался к ней со спины и, прижав к себе, коснулся губами ее шеи. Ксюша дернулась, словно ее ударило током.
- Посуду побью, - недовольно буркнула она, однако наклонила голову влево, давая Тиму больше места для маневра, чем тот тут же и воспользовался, пробежав губами от обнаженной ключицы до уха девушки.
- Моя, моя, моя, - пропел он ей на ушко. - Только моя.
- А ты мой! - Ксюха резко развернулась и всучила в руки растерявшемуся Тиму чашку.
- Э! Мы так не договаривались!
Но девушка уже испарилась из кухни.
- Вот поганка, - усмехнулся Тимофей. - Ну ничего - око за око...
Он домыл посуду и подхватив брошенную посреди кухни сумку и картину, вышел в коридор.
- Ты готова? Если готова, пошли, - крикнул он вглубь квартиры.
- Готова, - согласилась Ксю, вытягивая из своей комнаты еще один баул.
- Ничего не забыла? - Тим чуть приподнял брови.
- Ничего.
Парень подхватил обе сумки и брови его поползли выше.
- Милая, ты что трехпудовую гирю с собой взять решила?
- А тебе что тяжело?
- Не-ет. Просто мы всего на два дня едем, а по весу твоего багажа можно подумать, что на полгода.
Они наконец вышли из дома и загрузились в машину.
- Теплые вещи-то хоть взяла?
- Взяла.
- Паспорт взяла?
- А паспорт-то мне зачем? В ЗАГС пойдем?
- Побежим, - серьезно кивнул Тимофей, включая радио.
- И когда же?
- Ну... завтра он вряд ли работает.
- Еще сегодня можем успеть. Или слабо?
Тим не ответил, лишь сделал радио громче, словно ставя точку в их разговоре.
Ксю не обиделась, скорее почувствовала некоторую неловкость. С полминуты она честно молчала, но тишина, приправленная только орущей из динамиков музыкой, ее откровенно угнетала.
- Подарок у тебя однобокий получается - только бабушке удовольствие, - нашла она приемлемую для легкой болтовни тему.
