– Ты в моем доме задыхаешься. Что станешь делать в моей голове?
– Разделять и властвовать.
– Допивай уже.
– А куда спешить? – посмеиваюсь, стискиваю бутылку крепче и поворачиваюсь. – Ты вроде возбуждаешься только от крови.
– Так кровь была, – его ухмылка ощущается на физическом уровне. – Было много крови.
– Где?
– Иди в спальню, ложись на кровать.
– Ты не ответил.
– Я не собираюсь отвечать.
– Но…
– В спальню. На кровать.
Демьян не оборачивается, просто отдает приказ.
Я смотрю на его затылок, на длинные, чуть вьющиеся темные волосы, собранные в небрежный пучок. Потом бросаю взгляд на бутылку в своей руке.
Другого шанса не будет.
Давай.
Я крепче сжимаю бутылку, сама не понимаю, что происходит.
Удар. Звон стекла. Бой собственного сердца оглушает. Осколки с тревожным звоном падают на пол. Капли крови расползаются бордовыми кляксами на белом платье.
Я бегу к двери. Не решаюсь взглянуть назад, ни рискую ничего проверять.
Прикасаюсь к замку онемевшими пальцами, поворачиваю, отодвигаю. Рвусь на волю, желаю обрести свободу.
А вдруг я убила его? Вдруг…
Плевать, подумаю об этом потом. Какая разница? Он бы меня не пожалел.
Иногда тебе приходится бежать от того, что ты жаждешь сильнее всего на свете. Ибо сливаясь с объектом своего желания целиком и полностью, можно навсегда потерять самого себя.
Это не голос разума. Это инстинкт. И он гораздо громче всего остального, он оглушает.
Я не задумываюсь над последствиями. Не анализирую ничего. Вообще не думаю. Ни о чем. Бегу, почти не разбирая дороги.
Быстрее. Поворот, потом вперед. Еще быстрее. Снова вперед, по коридору. И легкие немилосердно жжет стремительно врывающийся внутрь кислород.
Я сжимаю замок. Не ощущаю металл, не ощущаю свои пальцы. Я парализована. Из последних сил дергаю засов, пытаюсь открыть дверь.
Руки не слушаются.
Я не представляю, что буду делать дальше.
Как поступить? Бежать в сторону дороги? Пойти пешком? Прямо так? Без документов, без денег, в свадебном платье, испачканном кровью.
Я посылаю к черту все мысли. Не решаюсь взглянуть назад, вернуться и проверить, но сердце гложет тревога, внутри возникает какая-то червоточина.
Навязчивые вопросы не дают покоя.
А если Демьян и правда мертв? Если я его погубила? Или просто покалечила? Разве после такого можно жить дальше? Спокойно дышать?
Я ведь даже не посмотрела что с ним, упал ли он, потерял ли сознание, отключился или нет. Я помню только звон стекла.
Разбитая бутылка. Пятна крови. Похоже я неслабо его приложила. Но это была самозащита. Да, именно так.
Я не слышу ничего. До меня не доносится ни единого звука. Ни шага, ни вздоха. Ни шороха. В моих висках аж зудит от тугой пульсации, и это сводит с ума.
Я все-таки не выдерживаю. Срываюсь и оборачиваюсь. Пары секунд достаточно для осознания самого главного: мне конец. Теперь уже точно.
– Это ищешь? – глухо спрашивает Демон, подбрасывает связку ключей и криво ухмыляется.
Он делает неровный шаг вперед, чуть пошатнувшись, опирается о стену, замирает в дверном проеме.
Темно-багровые змейки ползут по его мощной шее, оплетают странным узором, опускаются к широкой груди, пропитывают черную футболку, не оставляя видимых следов.
Он дышит тяжело, прерывисто.
Зверь ранен, но свою силу не утратил.
Я вглядываюсь в пугающую черноту его глаз и пытаюсь понять, взбешен ли Демьян. Ну уж явно не рад. Он старается обуздать ярость, чтобы ненароком меня не прибить, не прикончить раньше, чем основательно наиграется.
– Я, – запинаюсь. – Я хотела… выйти.
Ужасная, абсолютно дурацкая фраза.
Я никогда не сталкивалась с проблемой выражения собственных мыслей, могла любого заболтать и урезонить, находила общий язык даже с самыми трудными клиентами.
Но он… другой.
Стоит встретиться с этим обжигающим взглядом, теряю дар речи. Все слова блекнут, теряют смысл. Я тону в пылающей бездне без надежды спастись.
Откуда у него эта сила? Леденящая душу власть надо мной.
Я лихорадочно оглядываюсь.
Вариантов не так много. Замки не открою, мимо своего палача не пробегу. Остается единственный выход.
Я бросаюсь к лестнице.
Это тупик. Путь к спасению отрезан. На втором этаже негде укрыться. Нет дверей, даже запереться негде.
Но разве дверь остановит его? Остановит ли его хоть что-нибудь в этом мире? Нет. Никогда.
Я взлетаю по ступенькам, почти достигаю цели, всего несколько шагов и…
Теряю равновесие. То ли длинное платье мешает, то ли эмоции окончательно застилают взор.
Я спотыкаюсь. Опора моментально уходит из-под ног, ускользает. Не успеваю вцепиться в перила, падаю, больно ударяюсь головой, врезаюсь носом прямо в деревянную поверхность.
Я буквально растягиваюсь на лестнице. Сбиваю колени, стесываю кожу даже через плотную ткань наряда. Что-то теплое заливает лицо, струится по губам, стекает вниз по подбородку.
Перед глазами вспыхивает слепящая россыпь звезд.
Я не ощущаю боли. Пока что. Я под анестезией дикого, утробного ужаса. С трудом соображаю, как будто сквозь туман. Шок сковывает по рукам и ногам. Судорожно хватаю ртом воздух, захлебываюсь собственным жалобным вскриком.
Издалека доносится тяжелая поступь.