Себастьян не заметил, как провалился в сон. То ли потому, что мудрые книжки обладают усыпляющим эффектом, то ли потому, что на постоянный контроль над чудищем уходила прорва душевных сил. Снилась ему всякая муть навроде кривоватых башен посреди леса, окруженных стаями крохотных человечков с разноцветными крыльями. Прежде чем ему удалось войти хотя бы в одну из них, картинка резко сменилась, и Себастьян оказался посреди поля, в окружении старых камней. Очевидно, когда-то они были крепостью, которую непременно нужно было построить. И он строил, тягал камни голыми руками, почти физически ощущая их тяжесть; но стена разваливалась от малейшего порыва ветра.
– Цемент, – словно наяву услышал он голос и с удивлением понял, что говорит он сам. – Для всякой стройки нужен цемент.
Хорошая идея, да где ж его взять посреди поля?
С этой мыслью он и проснулся, ни капли не отдохнувший. Зато с напрочь засевшим в голове вопросом – а как все-таки построить крепость посреди поля, имея только камни?
«Так просвети идиота!»
«Я тебе что – маг земли?»
Ладно, стоит признать – он и впрямь идиот, которому нужен хороший мозгоправ.
«Твою мать».
Строительным материалом для любого мага является – вот ведь сюрприз! – магия. Желательно подкреплять ее мудреными заклинаниями и прочей ерундой, о которой Себастьян пока не имел ни малейшего понятия. Все, чему он успел научиться у Родерика – это видеть чужие плетения на артефактах, которые ему приходилось ломать. В этом они с монстром были неплохи, стоит признать. Взять хотя бы наручники, которых не хватило и на пару дней, а ведь они наверняка были рассчитаны на психов вроде него.
Себастьян оглянулся на дверь. В отличие от браслетов, она пока держалась, загадочно мерцая. Интересно, что сотворили с ней ученые маги, раз она смогла столько времени удерживать их с монстром?
Он поднялся с кровати, старательно игнорируя настороженные взгляды охранников в свою сторону. Махнул рукой – мол, не пяльтесь, все в порядке, – и позвал своего монстра. Наверное, впервые сделав это по доброй воле.
«Поможешь?»
«Мы не будем колдовать. Просто… посмотрим».
Можно подумать, у него были другие варианты.
Сила выплеснулась лениво, неохотно, будто ей и впрямь нравилось сидеть без дела. На самом деле нет – ей просто не нравилось подчиняться Себастьяну. С куда большим удовольствием она бы рванула вперед, снесла стены, дверь и обоих охранников, упиваясь их страданиями. Но сейчас монстр оставался под контролем, пусть и не очень уверенным. А может, ему самому было интересно, что задумал его дурной хозяин.
Дверь постепенно исчезла перед взором, сменившись переплетением нитей. Разноцветных, крепких – так просто не разорвать даже его чудовищу.
– Из чего же ты сделана?… – проговорил Себастьян. Он осторожно подцепил одну из них – и тут же отпустил, почувствовав, как неприятно кольнуло пальцы.
Распутывать узлы всегда нужно с конца. А разбирать плетение заклинаний – с самого верхнего слоя. По логике (и кое-какому опыту), последней всегда накладывали охранку, будь то защита от воров, взлома или даже случайного падения. Учитывая, что в этой камере держали магов, которым необходима помощь целителей, в первую очередь стоит искать сигнализацию.
Одну за одной Себастьян перебирал нити, пока не заметил, что одна из них тянется за пределы двери. Коснулся – в голове тут же отдалось тихим звоном. Причем не только в его, судя по всему – по ту сторону раздался голос одного из охранников:
– Эй, парень, отойди от двери!
«И сломать это? Нет уж».
«Ага», – согласился Себастьян и решительно потянул за нить охранного заклинания.
Чего только не напридумывала себе Мэйр, пока добиралась от кабака до иленгардской больницы. Картинки перед глазами вставали одна краше другой: и собственно больница, полная психов; и свихнувшиеся жители столицы, режущие друг другу глотки; и сам Себастьян, обращенный в прах расторопными некромантами во главе с Блэр. Последнее отчего-то пугало больше всего, и природы этого страха она, как ни силилась, так и не смогла понять. Просто было ужасно представлять мертвого Себастьяна, которому очень не повезло в жизни и которому именитая целительница Мэйр Макинтайр не смогла помочь.
Поправка: не успела, легкомысленно решив, будто в четырех стенах, под присмотром Фалько и после ее терапии, с Себастьяном уж точно ничего не случится.
