В школе, где учились братья-сыщики Дима и Алешка, жизнь шла своим чередом. И как-то не верилось, что в этой привычной веселой кутерьме готовится преступление… А началось все с появления в школе нового учителя химии – на прежнего, по прозвищу Кажется-Женя, напали какие-то хулиганы, и он попал в больницу. Новый химик Волчков сразу развил бурную деятельность: устроил в подвале лабораторию, где показывал всякие опыты, организовал секцию борьбы. Мальчишки его сразу зауважали. Все, кроме Димы с Алешкой. Опыты в подвале показались им какими-то подозрительными. Похоже, Волчков появился в школе неспроста. Уж не он ли вывел из игры Кажется-Женю, чтобы занять его место? Вот только зачем?..
Новый учебный год начался в нашей школе невесело. Первого сентября наш любимый педагог, учитель химии Евгений Иванович попал в больницу. На него напали в подъезде какие-то хулиганы и здорово поколотили.
Вот только за что?
Добрее и безобиднее человека, я думаю, нет во всем городе. Химию мы, не скрою, не любили, а к Евгению Ивановичу относились бережно. Он был какой-то хрупкий, как тонкий стакан на краю стола. По нашей терминологии – типичный ботаник среднего возраста. Худой, в круглых очках, все время глубоко задумчивый. Все время где-то витающий. Наверное, в розовых облаках химических формул. Без катализатора, говорили о нем наши ребята. Живет, добавляли с усмешкой, замедленными процессами.
Однажды Алешка спросил его на переменке с хитрецой:
– Евгений Иванович, как вас зовут?
Тот вздрогнул, перевел с облаков на Алешку затуманенный мыслями взор, снял очки, протер их, снова нацепил на нос и уши и как-то неуверенно ответил:
– Женя… – И тут же поправился: – Евгений Иванович, кажется.
После этого его и прозвали – Кажется-Женя.
И вот этот совершенно безобидный и беззащитный человек стал жертвой злобных хулиганов. Впрочем, чаще всего именно так и бывает.
В общем, мы остались на время без Евгения Ивановича. Впрочем, в школе имелась еще одна учительница химии, но от нее было мало толку. Она была «приходящая», как ее называли: вела уроки химии сразу в нескольких школах и бегала с урока на урок по всему району.
Каждый урок она начинала, запыхавшись, одними и теми же словами:
– Берем пробирку обеими руками и смотрим ее на свет…
Ее так и прозвали – Пробирка. А вместо Евгения Ивановича стал проводить уроки химии Саша Волчков – он нам так и представился.
И был этот Саша Волчков полной противоположностью Кажется-Жене. «Крутой мэн», – высоко оценили его наши девчонки.
Он и в самом деле был какой-то крутой. Крепкий, угловатый, резкий. Говорил кратко, но очень напористо. Мог и подзатыльник влепить.
Но на него не обижались. Он очень быстро стал в нашей школе уважаемой единицей. И сначала из-за того, как проводил уроки.
– Учимся по принципу блицопроса, – объявил он. – Вопрос – ответ. Садись – «два»! Все ясно? Начали. Как звали Менделеева?
– Дима!
– Как звали его дочь?
– Люба!
– Как звали ее мужа?
– Саша!
– Точнее.
– Александр!
– Еще точнее.
– Пушкин!
– Садись – «два». Кто ответит? Валяй!
– Александр Блок!
– Садись – «пять»!
А потом уроки пошли еще интереснее. Саша писал на доске формулы. Мы должны были отгадать, что они значат. И дело кончалось тем, что он обзывал нас темными людьми.
– Это – сода! Это – спирт! Это – керосин! Это – свечка!
В общем, уроки проходили все веселее и веселее. Мы начинали понимать, что все окружающее можно изобразить довольно простыми символами. Без всякой лирики. Одна химия.
А дальше было так. В школьном подвале, рядом с кабинетом труда, Волчков устроил спецлабораторию (как назвали ее ребята), где проводились всякие химические опыты. Под большим секретом. Который знала вся школа. Усердные химики создавали там какую-то необыкновенную пиротехнику к нашему общему празднику – юбилею родной школы. Эти юные химики даже врезали в дверь замок, а ключи от него Волчков не доверял никому.
– С этой штукой, – объяснил он, – шутить нельзя. Иначе вы еще до юбилея поднимете школу на воздух.
Тут Волчков был прав – желающих долго искать не пришлось бы.
Но еще больше Сашу зауважали (особенно наши старшие пацаны), когда откуда-то стало известно, что у Волчкова прекрасная боевая биография. Он, оказывается, тоже когда-то учился в нашей школе и был отчислен за хулиганство. Оказалось к тому же, что он – бывший оперативный работник, человек героической профессии. Отважный и справедливый. Умеет постоять не только за себя, но и за других. Он и наших ребят начал воспитывать в том же духе.
– Крепче на ногах нужно стоять, парни. Слабым быть стыдно. Слабый – просит, сильному без просьбы дают. За слабым гонятся, от сильного убегают.
Как-то он зашел в спортзал во время урока, постоял в дверях, с усмешкой наблюдая, как мы по очереди пытаемся перепрыгнуть через старого, заплатанного во многих местах коня на растопыренных ногах-деревяшках. Надо сказать, что это было основное наше занятие на уроках физподготовки. И довольно безуспешное. С таким же успехом мы подтягивались на турнике и прыгали со скакалкой, которая назойливо путалась в ногах. Но нам этого хватало. И наша любимая учительница физкультуры (Скакалка) большего от нас не требовала.
– Ерундой вы занимаетесь, – сказал Саша Волчков, когда Скакалка закончила урок и ушла из зала. – Не мужское это дело. Вы не козлы и не обезьяны. Вы – будущие бойцы по жизни. Ну-ка, вот вы трое, задайте мне трепку.
Трое самых здоровых наших пацанов во главе с Серегой Никишовым с удовольствием набросились на Сашу Волчкова. И тут же разлетелись во все стороны. Как стайка воробьев при виде кошки. Во всяком случае, так же стремительно. Будто от одного его взгляда.
