Фейк полностью

– Спасибо…

На короткое мгновение он замолкает, будто так же, как и Галя, полон доверия и наслаждается моментом. Но очередной взгляд на картину снова все рушит.

– Такое ощущение, что отец говорит с нами через тебя. И картина ясно на это намекает.

– Я и сам уже чувствую себя его марионеткой.

– Да, но как это возможно? – спрашивает Галя. – Даня, а ты раньше замечал за собой… ммм… необычные таланты, ну, что-нибудь необъяснимое?

Он молчит. Смотрит на нее в упор и молчит. Она внутренне ежится от его напряженного взгляда.

– Да, – отрывисто отвечает Даня. – У меня есть дар. Знаешь, Алекса в курсе. Точнее, наполовину. Но тебе я расскажу всю правду.

– Почему? – Ответ Дани абсолютно не вписывается в то, что Галина ожидала услышать.

– Потому что верю тебе.

И они снова сцепляются взглядами.

Почему у нее не такие стройные ноги, как у Златы? Галина стоит боком напротив зеркала и разглаживает на фигуре черно-белое платье. Втягивает живот, выпрямляет спину. Бесполезно. Говорят, горизонтальные полосы должны стройнить, но в ее случае безнадежен даже визуальный обман. А с этих шпилек недолго и упасть. Галина с шумом выдыхает, и живот вылезает обратно.

– Сегодня больше не ем, – с тоской произносит она.

– М-м… Кажется, эту мантру я слышу третий год. – Через смежную дверь в спальню входит Злата. В отличие от Галины она в обычных джинсах и белом джемпере. Но на шее несколько золотых цепочек, а в ушах новые сверкающие серьги. – Галочка, ты куда нарядилась? Сегодня же вроде среда, а до Нового года еще далеко. Кудряшки накрутила. – Она дергает ее за локон.

– Нет, я…

– А эта помада! Очень красная, но тебе идет, – восхищается Злата. – Ты слишком яркая, детка, и надеюсь, сладкая, как конфетка, е-е-е. – Она делает вид, что читает рэп, и Галина смущенно отворачивается.

– Да? Я ее давно купила, никак не решалась использовать. Мне казалось, слишком вульгарно.

– А сегодня уже не вульгарно? – усмехается Злата. – Ничего не хочешь рассказать?

Вопрос Златы переносит Галину во вчерашний день.

– Значит, если ты нарисуешь картину, но не закончишь ее, то она сбудется?

Они с Даней сидят на диване в комнате отдыха. А зловещая картина лежит перед ними на кофейном столике, и периодически Галина завороженно касается ее пальцами.

– Не совсем. К примеру, внушить человеку любовь или ненависть я не смогу. Но могу заставить его сделать что-то, чего мне очень хочется. – Даня пытается оттереть черную краску с ладони, но та намертво въелась в кожу. – Звучит ужасно, знаю. Однако, я не какой-то манипулятор, ты не подумай!

– Я и не думала, – отзывается Галя.

Манипулятор? Скромный, тихий, иногда заикающийся Даня – манипулятор? А может, сумасшедший? С тех пор, как он появился в их семье, каждый день происходит что-то из ряда вон выходящее.

– А той ночью, когда ты попросил меня дать холст и краски…

– Да, я пытался выяснить правду, но пальцы не слушались, а мозг отказывался думать. Я даже не мог сформулировать вопрос. Но, кажется, сегодня я получил нежданный ответ… – И он кивает в сторону картины.

– Отец? Хочешь сказать, это он управляет тобой, когда ты теряешь сознание?

– Да, звучит еще ужасней, чем мое признание… – Даня совсем унывает.

– А почему ты рассказал обо всем именно мне? Саша ведь не знает? – Неизвестно почему, но Галину охватывает приятная дрожь, и она нервно касается волос на затылке.

– Она думает, что я предсказываю будущее. А может, даже и в это не верит. Я ее уже не понимаю.