Беззаботно мурлыча себе под нос, фейри-мучительница вытащила из кармана воздушного платья длинный лоскут отливающей золотом ткани, сложила в несколько слоев на лице Роана, взяла в руки жестяную лейку и начала аккуратно поливать его лицо. Роан забился в судорогах, и у меня в голове зазвенело слово «утопленник». Где-то в глубинах сознания вспыхнул образ – череп под водой, символ чистого ужаса. Я заморгала, пытаясь сосредоточиться.
Эта сучка подвергает Роана пыткой утоплением. Наверное, это не убьет его, но он почувствует, что умирает. Наблюдая, как он распростерся там, беспомощный, я ощущала себя так, словно получила удар под дых.
Элрин лежала в углу, связанная по рукам и ногам, рот ее был заткнут грязной тряпкой, все тело содрогалось. Видимо, зрелище пыток друг друга – тоже часть наказания. Хотя сейчас она таращилась широко раскрытыми глазами прямо на меня. Если она продолжит так пялиться, я пропала…
Я огляделась, отчаянно ища оружие. Мой взгляд упал на ряд свисавших с ближайшей каменной стены копий.
Медленно и бесшумно я выбралась из ванны и подкралась к копьям. Скорчившись в тени футах в двадцати от пыточного стола, потянулась за одним, но замерла, заметив серебристую вспышку.
Кинжал всё еще торчал из руки мучительницы. Похоже, она даже не замечала его и совсем не беспокоилась. Может ли этот безумный призрак чувствовать боль? Наверное, нет. Серебряное копье здесь бесполезно.
Но
Я опустилась на четвереньки, бесшумно подползла к стойке и оглядела внушающую страх коллекцию железных инструментов. Женщина взяла оттуда единственный нож. Остальные орудия предназначены для пыток, а не для казни. Мгновенно убить с их помощью не получится, но можно хотя бы ранить…
Я осторожно взяла в руку кошку-девятихвостку – плетку о девяти хвостах с железными наконечниками, – а другой рукой схватила маленькие железные ножницы. Меня никогда не обучали пыткам – я ведь работаю не в ЦРУ. Но у меня появилась идея, как воспользоваться добычей.
Мучительница вылила на лицо Роана еще одну порцию воды. Я услышала, как лязгнули его кандалы, и заперла поглубже в клетку все мысли о боли, которую он испытывает.
Мучительница изящно повернулась и поставила лейку на стол. И застыла при виде меня. Ее пустые глазницы пронзили меня насквозь, как копья страха.
Но я не собиралась давать ей время прийти в себя – ринулась к женщине и замахнулась девятихвосткой, метя ей в лицо. Плетка с оглушительным треском рассекла бледную кожу. С жутким пронзительным воплем мучительница рухнула на колени, схватившись за лицо. Другой рукой я вонзила железные ножницы ей в плечо. Она закричала, забилась, вцепилась в раненое плечо и согнулась пополам, протягивая ко мне длинные костлявые пальцы.
Мое сердце бешено забилось; я отпрянула, стараясь избежать ее прикосновения, и забежала ей за спину. Не успела она повернуться, как я снова ударила ее – и рассекла воздушное платье и плоть.
Женщина со стоном упала на пол, но я не испытывала никакого сочувствия. Я била ее вновь и вновь, оставляя на белой плоти кровавые полосы. Моя рука поднималась и опускалась. Я была полна решимости продолжать до тех пор, пока мучительница уже не сможет подняться и причинить боль мне или Роану. Однако с каждым ударом плети я чувствовала, как что-то во мне надламывается – все сильнее и сильнее…
Наконец я выдохлась и выпрямилась, вся дрожа. Фейри неподвижно распростерлась у моих ног, ее кожа превратилась в клочья. Меня затошнило и от нее, и от себя самой. Мне было противно, во что превратило меня это адское место.
Я повернулась к нему, скинула золотистую ткань с его лица. Его зеленые глаза расширились от удивления.
Я торопливо вытащила пропитавшийся водой кляп у него изо рта. Роан глубоко вздохнул, огромная грудь поднималась и опускалась.
– Где ключи? – спросила я.
– У нее в кармане.
Я встала на колени, порылась в складках окровавленного платья женщины, нашла связку отмычек и после нескольких попыток отперла кандалы Роана. Он сел, массируя запястья. Тем временем я взяла со стола нож и подошла к Элрин. Она в ужасе отпрянула.
– Только не железо! – крикнул Роан.
Да, точно…
– Извини, – пробормотала я, вернулась к висящим копьям и сняла одно со стены.
Когда я вернулась к Элрин, она уже расслабилась. Не сразу, но мне удалось перерезать веревку на запястьях и освободить ей руки. Она вытащила свой кляп и выхватила у меня копье.
– Спасибо… – Ее голос дрожал. – Помоги Роану.
Роан уже слез с пыточного стола, но тут же прислонился к нему, побледнев.
– Ты как?
– Железо, – пробормотал он. – У фейри все быстро заживает, но раны от железа никогда не затягиваются полностью. Шрамы остаются навсегда. Это как яд. Ослабляет нас.
– Так вот что случилось с твоей спиной… Ты ведь уже бывал здесь, правда? И поэтому так хорошо ориентируешься…
Что-то мелькнуло в его зеленых глазах, но Роан промолчал.
– Мне жаль, что я не смогла вернуться раньше, – сказала я.
– Но ты вернулась. – Он произнес это озадаченно, нахмурив брови, словно пытаясь что-то понять. Ибо явно не ждал моего возвращения.
