– Говорю же, это красивая сказка. Но надо отметить: моя бабушка, Софья Скавронская, прожила более ста лет и умерла, как перегоревшая электролампочка – не болела, не мучилась, легла спать и не проснулась. До самой кончины бабуля выглядела молодо, ей в девяносто лет от силы шестьдесят давали. И книги с рецептами существуют, мне их бабуля показала, но только… Эх!
– Что?
Вероника спустила ноги на пол.
– Часть информации потеряна, чернила расплылись, не прочитать. Ряд рецептов содержит невероятные составляющие. Ну, допустим: «Возьми печень желтой жабы, выросшей в подвале дома аптекаря». Ну и где такую искать?
– Трудновато, – согласилась я.
– Поэтому бабушка пользовалась тем, что узнала от Ядвиги, своей мамы. Тут-то и зарыта собака, – мрачно добавила Ника. – По идее, целительство должно переходить от бабки к внучке, минуя мать ребенка. Следовательно, обладательницей бессмертного эликсира должна была стать моя мать, Марта. Но Ядвига обожала дочь Соню и, нарушив семейный закон, обучила ее, а не Марту. Вроде бы внучка не проявляла никакого интереса к травам, чуралась бабушки и больше всего на свете любила плясать с парнями. А Соня с малолетства помогала своей матери на огороде… Правды теперь не узнать, важен результат: Софья овладела знаниями, а ее дочь нет. Более того, Марта посмеивалась над матерью! Но, заболев, начала клянчить тот самый магический эликсир.
Ника сложила руки на коленях, глубоко вздохнула и продолжила:
– Скавронские никому не сообщали о секрете, но об удивительном средстве таинственным образом узнали люди. Кое-кто приходил сюда и на коленях умолял поделиться снадобьем. Обещали огромные деньги, проклинали бабушку, когда та говорила чистую правду: народ лжет, эликсира нет.
После смерти Марты Софья перестала скрывать от внучки свои занятия целительством и попыталась обучить Нику, возила ее с собой в Киряевку, демонстрировала огород. Но Вероника не хотела заниматься семейным делом – она боялась чужих проклятий и людей, которые потянутся к ней со своим горем.
Софья поняла позицию Вероники и отстала от нее. Единственное, что научилась делать Ника, это составлять успокаивающий чай.
– Секрета эликсира бабушка вам не открыла? – улыбнулась я.
– Нет, – серьезно ответила портниха. – Говорю же: нет никакого эликсира. Владей бабуля лекарством, она бы не пожалела ложку для мамы. Но сейчас вы рассказали про отпечаток мизинца… Вдруг все же снадобье существует?
– Сомнительно, – я решила вернуть женщину в мир реальности, – тогда бы Софья жила до сих пор.
– И как объяснить собственное бессмертие окружающим? – нахмурилась Ника. – Начнут расспрашивать. Нет, лучше прикинуться мертвой, взять другое имя. Значит… значит…
Нику затрясло, я пересела к ней на диван и обняла за плечи.
– Перестань! Не впадай в маразм, – незаметно для себя я перешла на «ты». – Скавронская умерла. Вопрос: кто еще, кроме тебя, знал о семейном предании? И какова связь между Лаврентьевыми, Варваркиным и Скавронской.
– О Лаврентьевых я никогда не слышала, – прошептала Ника. – Варваркин… Вроде знакомая фамилия.
– Твоя бабушка наложила заклятие на его библиотеку.
– Она только травами лечила! – вскинулась Вероника.
Я встала и начала ходить по комнате.
– Кто-то, хорошо осведомленный о биографии Скавронской, затеял масштабный спектакль. Пока я не понимаю цель постановки. Убить Нину? Но кому могла помешать Лаврентьева?
– Партнерам по бизнесу? – выдвинула свою версию Вероника.
– Институт частный, он перейдет в руки Арины и Эрика, никого постороннего при получении наследства не будет.
– Может, Нина надоела мужу?
Я покачала головой.
– Это невероятное предположение, они вместе много лет.
– Вот и опостылела ему старая баба, – оживилась Вероника.
– Эрик совсем не глуп, он хорошо понимает, что другую женщину, которая станет ему нянькой, психотерапевтом, личным стилистом, редактором, да еще обеспечит семью материально, найти невозможно.
– Иногда у мужиков от любовницы сносит крышу, – не успокаивалась Ника.
– Думаю, Эрик не изменял жене. Хотя Нина в последнюю нашу встречу говорила что-то о любовнице мужа, но, думаю, она ошибалась. Профессор слишком ленив и эгоцентричен. И вся его жизнь проходит на глазах у супруги. Дома живет горничная Валентина, она мигом донесет хозяйке, если в отсутствие той к Лаврентьеву наведается женщина. Нет, Эрик не бабник. И никакого привидения не было. Знаешь, кто замутил эту историю?
– Не-а, – покачала головой Ника.
– Человек…
– Здорово! – перебила меня Скавронская. – А я уж заподозрила кошку. Черную. Или летучую мышь. Ш-ш-ш…
