– Стой! – воскликнула я. – Значит, в холме не было тайника с библиотекой?
– Дошло наконец! – с легким укором сказала Водкина. – Панкрат и впрямь владел редкостями, но они остались в целости и сохранности: у Ларисы в избе. А она скорей даст себе руки отрубить, чем решится продать отцовское наследие.
– Ничего не понимаю! Где же Нина взяла «Летопись»?
– Вот и Лариса задалась тем же вопросом, – подхватила Майя. – Панкрат рассказывал дочери о манускрипте, но он им не владел, лишь мечтал получить. Когда ты ушла, Матренкина впала в истерику, позвонила мне…
– Майечка, – нервно сказала старушка, – послушай, какая коллизия стряслась!
Водкина постаралась ее успокоить:
– Эта Даша не представляет опасности.
– Но книги у меня! Что нашел в пещере профессор? – возразила Лариса.
– Не знаю, – откровенно ответила Майя.
– Еще до войны: – рассказывала Лариса, – я маленькой тогда была, семилетней, но хорошо все помню: приехал в Киряевку исследователь. Все говорил о книгах Варваркина, полез в развалины особняка, думал, там в подвале чего сохранилось. Мама всполошилась, бросилась к Панкрату:
– Лазает повсюду, разнюхивает, как бы беды не вышло. Вдруг он поймет, что самого дорогого нет?
А тот ей в ответ:
– Не волнуйся, Фиса, столько лет миновало, дом холодный стоял, сырой, что мы из книг оставили, то сгнило. Никаких подозрений не будет.
Но он ошибся. Через пару дней дядька прибежал в дом Матренкиной и с порога заорал:
– Вы служили у Варваркина?
Анфиса дурой прикинулась:
– Уж и не помню, когда то было: В молодости меня звали к барину полы мыть:
– Знаете, как сейф открывается?
Анфиса так и села на лавку.
– Что?
– Я нашел в подвале железный ящик, – брызгал слюной ученый, – хочу вскрыть. Вы шифр не помните?
Бывшая горничная сумела сохранить твердость в голосе, когда отвечала незваному гостю:
– Кто ж поломойке секреты доверит? Ни о чем таком я не слыхивала, веником махала да совком гремела.
Едва исследователь удалился, Анфиса кинулась к Панкрату.
– Сейф! Почему ты оставил его в подвале? Что в нем?
– Спокойно, милая, – улыбнулся Варваркин, – там документы никому нынче не нужные – каталог библиотеки. А еще дневники отца и деда.
Возбужденный находкой ученый ухитрился выломать сейф и увез его с собой.
– Что ж теперь будет? – ужаснулась Анфиса.
И вновь Панкрат успокоил ее:
– Нас никто не разоблачит. Я каталог заново составил, описал то, что мы спрятали. Старые карточки не нужны, к тому же и не верны они, отцом моим подделаны. Батюшка, прости его Господь, враль был первостатейный, вечно фантазиями увлекался. Да и дедушка не особо правила соблюдал. Знаешь, отчего я сейф не опустошил?
– Нет, – протянула невенчанная супруга.
– Ни слова правды в тех бумагах нет, – засмеялся Панкрат. – Не семейная история, а настоящий роман, отец с дедом себя приукрасили. По их словам выходит, что Наполеона не Кутузов, а они победили. Да и со Змеем Горынычем посражаться успели. Каталог же тот и вовсе басурманская грамота, папенька карточек фальшивых понаделал и показывал их гостям. С детства помню, она их батюшке местному демонстрировал. Тот аж вспотел и молить начал: «Сергей Панкратович, уважьте, покажите мне „Летопись монаха“, хоть взглядом к раритету хочу прикоснуться». Прямо плакал. Но папенька ему отказал, уехал священник ни с чем. Маменька моя тогда возмутилась и волю гневу дала: «Серж! Зачем отца Мефодия обманул? Нет у тебя тех книг». Папенька захохотал и ответил: «Так ему и надо. Не люблю их племя – грешнее нас, а у алтаря стоят».
Анфиса слушала мужа молча, потом тихо сказала:
– Но ведь мы не все унесли с собой, торопились, могли оставить что-то стоящее. Или ты меня не послушал и к горе ходил? Ох, не ладно! Скавронские-то, в отличие от твоих родичей, честные, верю я в их историю. Сколько раз Софья рассказывала…
Тут родители поняли, что маленькая дочка их слышит, и замолчали.
– Понимаешь, – нервничала Лариса, делясь воспоминаниями с Майей, – может, папа с мамой все же спрятали часть книг в пещере? Иначе, откуда «Летопись» у Лаврентьева? Где-то ведь она хранилась! Думаю, отец маму не обманывал, но ему самому могли правды не сказать!
– Панкрат отлично знал библиотеку, он бы не пропустил раритет, – перебила ее Майя.
– «Летопись» мог унести в гору Сергей Панкратович. Или дед Варваркин. Вдруг там и правда спрятаны книги? Нет, надо проверить! – воскликнула Лариса. – Пожалуй, я схожу к тайнику.
Майя испугалась и потребовала:
– Даже не приближайся к горе!
– Стучат в окно, – вдруг нервно сказала Матренкина, – перезвоню тебе позднее, кто-то из соседей пришел.
Майя повесила трубку и стала заниматься своими делами, но в душе поселилась тревога, у Водкиной все валилось из рук. Спустя час она схватила телефон и попыталась связаться с Ларисой, но та не отвечала. Не отозвалась старуха и утром. В конце концов Майя побежала к своей соседке Нате, которая имела автомобиль, и попросила о помощи. Женщины довольно быстро доехали до Киряевки.
