— Постой, боярин. Прости меня, дуру старую! Только не зря тебя зазвала. Не думала, что такого, как ты есть, в дом заманю. Но это и проще. Рубаху твою я заштопала…
Значит, все же воздействие на него было, и эта деревенская ведьма походя ему ауру поправила. Сильна карга, только чем отдариваться придется?
— Отдаришься.
Твою дивизию! Задрала уже!
— Что-то я не почувствовал ничего.
— А ты думал, как в сказке? Раз, и ты из мертвого живым стал. Мамка дитятю девять месяцев под сердцем носит, вот и ты через девять дён полностью восстановишься. Только нет у тебя на то времени.
— Чего так?
— Смертушка на пороге стоит. И ежели ты с ней не совладаешь, быть большой беде. Могут сотни тысяч людей погибнуть. Сегодня все и решится. Думала, придется молодого увальня, по возрасту в грехах и пороках не замаранного, на бой наставлять, а ты, боярин, к бою и так готов. Тебе действительно уходить пора, только дам в дорогу пару подарков. На, на шею себе надень.
— Никак науз?
— Он.
Сунула в руку пузырек, наполненный жидкостью зеленого цвета.
— Спрячь.
— Святая вода?
— Издеваешься? Когда сил совсем не станет, проглотишь, на один час тебя хватит, а там откатом накроет, пальцем пошевелить не сможешь. И помни, самым главным у тебя бой с тенью будет. Одевайся. Не дай Боже, опоздаешь. Эй, ущербный! Отомри!
Петрович, дернувшись, пришел в себя.
— Тут лейтенант мой случаем не забредал?
— Уже уходит…
— Товарищ лейтенант, пройдем здесь, так короче. — Шестидесятилетний Петрович, согнувшись под тяжестью двух мешков, рукой придержав обе перевязанные горловины, пальцем указал направление. — Самая удобная тропа, она прямиком к седьмому шлюзу выходит.
— Веди, коли так, — согласился Каретников.
Пропустив деда вперед, поправив на плече свои мешки, двинулся следом. Оставив позади огороды Иваньково, шли по крутому, поросшему лесом берегу Химки. И молодой лейтенант и седой дед дышали как два паровоза, ставя ноги в заметенный снегом, кем-то оставленный след. Михаил уже не раз корил себя за то, что не подумал взять с собой еще пару дедков. Было бы существенно легче нести груз. Не подумал! Привык иметь дело с молодыми крепкими парнями, а тут такое…
Личный состав — двенадцать бойцов, вооруженных трехлинейками, по пять патронов на каждый ствол. Уж почти месяц рулит «инвалидной» командой, охраняя Химкинскую плотину. Подчиненные у него орлы, один к одному старые пердуны. Молодежь давно на фронт выгребли. В течение конца ноября немцам удалось овладеть Клином и Солнечногорском, а также выйти к каналу «Москва — Волга». До Кремля оставалось примерно тридцать километров, но преодолеть их немцам не удавалось. Советская оборона стала более плотной, и теперь вермахту противостояли войска, суммарная численность которых составляла примерно миллион человек и восемьсот танков. Потеряв подавляющее численное превосходство на решающих направлениях, немецкие войска быстро утратили свою «пробивную» способность и к началу декабря увязли в боях местного значения. Вот и выходит, вся страна оборону держит, а он на объекте пузо греет.
