Финальным украшением коридора, которое, как и другие, смогло отвлечь светловолосую девушку от чувства страха, посетившего ее перед началом прохождения по кромешной тьме коридора, было творчество Микеланджело Меризи да Караваджо «Поцелуй Иуды», на которой Лунный свет выхватывает из темноты несколько фигур. Лица. Руки. Чёрные доспехи. Христос отпрянул под натиском толпы. Иуда сейчас поцелует его. Тем самым подавая знак страже, что он тот самый. Один стражник уже дотронулся до груди Иисуса. До его ареста осталась секунда. А пока пауза. Это еще одна картина с необычайной загадкой и до конца нераскрытым посланием самого художника.
На этом погружение в прекраснейший мир искусства для блондинки закончилось. Она даже не заметила, как прошла этот самый устрашающий темный коридор и оказалась у той самой широкой лестницы. В данном расположении лучики света имели возможность пробиваться сквозь щели заколоченных окно досок, поэтому в этом месте было светлее, чем в других направлениях. Для Эммы показалось обязательным связаться со своим уважаемым другом, которого она покинула на какое-то время:
– Дрейк, как ты там?
Видать, парень у себя излишне заскучал, поскольку ответ девушка получила в сию же секунду:
– Со мной все хорошо. Тебе удалось найти что-нибудь интересное?
– Я добралась до лестницы на первый этаж. Пока никого нет. Абсолютно. Я могу теперь как-нибудь призвать смотрителя, чтобы он помог тебе выбраться.
– Можешь этого не делать. Я смог у себя в комнате слегка прошвырнуться, потрогать предметы, что-то накопать. Правда, сложно получить четкую картинку всего окружающего.
– Тогда тебе надо помочь выбраться из комнаты. Я иду в твое крыло. Только подай мне знак, чтобы я узнала, где ты.
Данный вариант исхода событий удовлетворял их двоих. Эмма, слегка боясь случайного столкновения с кем-нибудь из участников, решила поспешить и как можно скорее оказаться в правом крыле поместья. Поэтому невзирая на свой страх, который окутал блондинку из-за мысли об очередном проходе по окутанному темнотой коридору, Эмма сломя ноги понеслась к своему другу-брюнету на помощь.
Через минуту блондинка стояла у четырех дверей, которые были идентичны тем же, что находились в левом крыле здания.
В то время, пока Эмма пробиралась до местонахождения своего друга, он, в свою очередь, безо всякого освещения и на полной отдаче собственным инстинктам устремился к запертой входной двери. Повинуясь своим умственным представлениям об окружении запертого помещения, в котором находился Дрейк, он решил отталкиваться от стороны расположения окна и детской кроватки, которые ему когда-то удалось лицезреть под лучом света. Брюнет протянул свои руки вперед и на слегка согнутых в коленях ногах двинулся в противоположную от заколоченного окна сторону. Он понял, что достиг своей цели, когда ощутил на коже своих ладоней лакированное покрытие. В связи с воображением препятствий и трудностей на своем пути в условиях полнейшей темноты Дрейк потратил приличное количество времени, а потому он решил, что его подруга должна была находиться уже в правом крыле поместья и ожидать от него сигнала. Помня о других участниках квеста, которые, вероятны, могли бы слышать какие-нибудь звуки, исходящие из соседних комнат, брюнет не спешил создавать громкие постукивания по поверхности двери. Он сжал ладонь в кулак и несколько раз приложился рукой по деревянной преграде.
Эмма резко повернула голову в ту сторону, из которой исходил постукивающий звук. Она подошла к двери, осторожно прижалась к ней и дрожащим голосом окликнула друга:
– Дрейк?..
Брюнет еще ни разу в жизни настолько не радовался присутствию своей уважаемой подружки:
– Да! Как ты? Нормально?
– Со мной все хорошо, давай тебя вытаскивать оттуда.
К счастью пары, двери имели небольшой отрыв от пола, что могло позволить Эмме пустить свет в комнату Дрейка. Девушка встала на четвереньки по ту сторону и приложила фонарь к полу, устремив свет четко в закрытое помещение.
Дрейк даже подпрыгнул на месте, когда блондинка совершила это действие. Хотя в ту же секунду поняв, чего стремилась достичь девушка, молодой человек повернулся четко в сторону обустройства апартаментов. С горем пополам парню открылся вид не только на детскую кроватку, но и на другую мебель. Не так далеко от кровати стоял игрушечный домик с различными видами коллекционных машинок, динозавриков и самолетов. Именно по данному виду вещей Дрейк смел подумать, что эта комната было опочивальней чьего-то из семейства Холлов маленького ребенка, а конкретно – мальчика. Параллельно игрушечной конструкции, которая по внешнему виду напоминала само поместье, стоял синеватый рабочий стол, который для парня был достаточно-таки мал. На самом столе находилось большое количество разрисованных листов бумаги, которые за очень долго время выцвели и передавали не такие уж и четкие изображения рисунков как хотелось бы.
Эмма окликнула своего друга вопросом: «Все ли в порядке?», и он, ответив на поставленный вопрос положительно, пытался отыскать свою головоломку, хотя это было не так уж и легко.
