Играла тихая музыка, что-то из старого, причём настолько, что я не мог определить, из каких времён, возможно, ошибался, просто просыпающийся мозг не мог зацепиться. Пахло чем-то пряным, приятным, напоминало аромат парфюма. Тут я почувствовал, как надомной склонились, аромат стал сильнее.
— Где я? — прохрипел чужим голосом, не открывая глаз.
Послышался тихий смех, я попытался разлепить глаза, получилось не сразу. Проморгался, когда муть разошлась, увидел улыбку на симпатичном личике цвета шоколада.
— Латиша?
— Хватит валяться, спящий красавец! — весело выдала та отодвигаясь.
В глаза ударил яркий свет с потолочного светильника, заставив меня зажмуриться.
— Ну ты и поспать, почти трое суток отдыхал. Правда, Маринка тебя ковыряла и латала, две пули в животе, повезло что выжил, пули оказались просто винтовые, а не мясорубка.
Столько информации, всё, что я ухватил, Маринка и пули.
— А она блондинка или брюнетка?
Латиша прыснула смехом.
— Да какая разница? Бабник! Она лекарь… Вытащила тебя с нуля!
— Кто тут про меня спрашивал? Мл***, — голос грубый, не сразу понятно, что женский.
В открытой двери появился необъятный силуэт, больше напоминающий гигантскую грушу. Возраст определить невозможно, от тридцати до пятидесяти, дамочка быстро подошла и уселась на жалобно скрипнувший стул, затем протянула к моему животу пальцы сардельки.
Коснувшиеся меня пальцы казались твёрдыми словно камень, и в то же время источали приятное тепло, непонятные ощущения.
— Э-э, тётя Марина⁉ — промямлил я, глядя в огромное лицо, на котором угадывались щёлки глаз.
— Какая я тебе мл*** тётя? — выдала та, под смех Латишы. — Танк Марина, балбес великовозрастный! Открой рот!
Я непроизвольно подчинился, туда залетела пилюля.
— Шляются чёрт-те где, мозги мл*** отмораживают, — бухтела та, водя руками над моим торсом. — Вечером можешь проваливать! — неожиданно легко поднявшись, Т. Марина вышла за дверь.
Я же начал чувствовать себя намного лучше, правда есть хотелось, даже не так, жрать! Но сначала лучше напиться. Будто тумблер включили, ей богу… хотя может так и есть, трое суток в отключке, попахивает навыком и есть захотелось после пилюли.
— Тётя Марина, — не могла успокоиться девушка. — Надо же такое сказануть. Маринка у нас лекарь с юмором, её с детства так звали, вот и не стала ничего менять.
— Она больше базарную торговку напоминает: сало там, мясо.
— Почти. Гастроном, отдел «рыба — мясо», тридцать лет отработала… Ты, наверное, есть хочешь? — сменила тему, Латиша. — Особых ограничений нет, но лучше что-нибудь жидкое.
Ничего не ответив, я достал из хранилища поллитровку минералки, свинтил крышку и жадно присосался.
— Тебя подкармливали, — девушка указала на торчащую рядом с кроватью стойку, на ней висел полупустой мешочек с прозрачной жидкостью.
— Так что случилось, как вы так быстро оказались на месте боя, — вспомнились сообщения системы: судья, клан Чёрное Солнце, но уточнить не помешает.
Девушка присела на стул рядом с кроватью, какое-то время молча за мной наблюдала, затем задала встречный вопрос.
— Второй уровень ещё не апнул? — заметив непонимание, добавила. — Судья, уровень, прогресс?
Тут до меня стало доходить, статус судьи вовсе не приснился, всё реально. Заглянул в интерфейс.
— Нет пока, — я не стал озвучивать цифры, природную подозрительность не победишь и незачем.
— Ну, во-первых, поздравляю! Ты теперь один из нас, — продемонстрировав белозубую улыбку, Латиша протянула мне руку.
Я её пожал, ладонь была мягкой и нежной, словно девушка не поднимала ничего тяжелее косметички.
— Во-вторых, я должна посветить тебя в некоторые тонкости статуса судьи. Система поверила, значит, тяжёлых косяков за тобой нет, — я пожал плечами. — Обывателей точно не обнулял, а мелкие конфликты и даже причинение тяжких телесных особо не учитываются, главное, чтобы чел потом не умер. И белых игроков ты тоже не обнулял…
— Я и тёмненьких не трогал, — произнёс я, доставая из хранилища горячую шаурму. — Будешь?
Латиша уставилась на меня, плотно сжав губы, я уже хотел сгладить неудачную фразу, но та сама улыбнулась.
— Никак не могу избавиться от дурного наследия, долго привыкала к русским шуткам.
— Так я не шутил…
— Я тебя сейчас стукну! — с улыбкой произнесла она и отняла у меня шаурму. — Сказала же, жидкое! Если ничего с собой нет, тебе принесут бульон.
Пришлось доставать пластиковую тарелку с куриной лапшой и ложку.
— Продолжай, — сказал я, хлюпая бульоном. Девушка тоже с удовольствием жевала.
— Так вот, — произнесла она, проглотив очередную порцию. — У тебя теперь есть судейский бонус, кроме вознаграждения.
— Сотка за красного, тоже мне награда, на таких харчах копыта протянешь, — я доел лапшу, почувствовал приятную тяжесть в желудке и откинулся на подушку.
— На первом уровне, на многое не рассчитывай, ежесуточный бонус тоже невелик, одна сотая процента… загляни в сообщения от системы, сказала та, заметив моё непонимание.
Я подчинился и нашёл последние два.
