– Ну, ты чего? – присела рядом Эли и начала успокаивать её. – Это же уже всё позади. Я же здесь, рядом. Всё ведь хорошо.
– Пожалуйста, не оставляй нас больше никогда! – зарыдала девочка и крепко обняла старшую сестру.
– Обещаю.
***
«Уже скоро встречусь со Стасом. Учитывая, что я так ничего и не вспомнила, это немного напрягает. Но как оказалось, он милый», – размышляла Элизабет, стоявшая напротив зеркала в том самом платье. «У нас сегодня та самая годовщина. Но как же мне неловко. Полгода пробыть в этой реальности, и ничего! Кажется, мне чего-то не хватает… может опасности? Или ещё чего? Впрочем, это неважно… но каким бы милым Стас не был, это не мой человек… Мне уже надоело притворяться, что мне всё это нравится. Но как говорит Элла Эдуардовна: «… моё отторжение вызвано долгим пребыванием в коме, и полным отсутствием памяти. Такое бывает, но встречается раз на миллион…».
Эти слова засели в голове девушки после полугодового посещения психолога. На этом настояли её родители, а Стас поддержал их в этом. Эли не сомневалась в том, что Элла Эдуардовна прекрасный психолог и профессионал своего дела, но пока что она только наблюдала за всеми неудавшимися попытками вернуть ей память. Однако стоит отдать ей должное: Элизабет старалась вспомнить всё, а прошлую, вымышленную реальность она давно отпустила. Уже на пятом сеансе девушка поверила, что вся её жизнь, в которой ей каждый день приходилось бороться за очередную минуту жизни, была лишь игрой её разума. После того Эли начала свыкаться с окружающими её людьми, предметами, окружением в целом. Она снова вернулась на свою работу. Как оказалось, начальник у неё был очень приятный взрослый мужчина, который тепло встретил своего лучшего сотрудника. Всё это тепло, ласка, которой окружили её здесь, теплила душу девушки, внушала непоколебимое доверие и даже дурманила. Эли постепенно привыкала и начинала чувствовать себя своим человеком. Но только сегодня ночью ей приснился кошмар, от которого её бросило в жар и капельки пота выступили на лбу. Ей даже почудилось, что криком она чуть не разбудила всех домочадцев, но облегчённо вздохнула, когда никаких посторонних шумов больше не услышала. Ей приснился парень: ему нужна была её помощь, он звал её. Он казался таким знакомым: его черты, голос, глаза…
Её озадаченные мысли развеялись по ветру, когда на улице просигналила машина. Вслед за ним в комнату ворвалась Катюха и с криками: «Он приехал», бегала вокруг Элизабет, словно водила хоровод на новогоднем утреннике. Наконец, она остановилась, взяла за руку старшую сестру и потянула за собой к выходу:
– Ты потрясно выглядишь! Всё-таки, круто, что он сегодня увидит тебя в этом платье. Он будет доволен.
– Ты в прошлый раз тоже самое говорила, а потом резко передумала. И, в конечном счёте, я пошла в совсем другом наряде.
– Ну, ты же покупала это платье на годовщину, вот на годовщину и приберегли.
– Но ведь прошлый наряд ему тоже понравился…
– Хорош ворчать, – перебила её младшая сестра, – вот увидишь, у него улыбка будет до самых ушей.
Катя открыла двери, пожелала ей хорошо провести время, и закрыла за ней двери обратно. Вот Элизабет осталась на пороге с бушующими и кипящими страхами, мыслями, сомнениями, а на встречу к ней шёл аккуратно причёсанный Стас. Ещё секунду она посмотрела, как целенаправленно тот шёл к ней, не спуская улыбки с лица, выдохнула и сделала пару шагов на встречу. Всё это напоминало ей чем-то их тот раз, когда она впервые увидела его после комы.
«Дежавю», – казалось девушке, но она не подавала виду, а тихо шла со своим спутником в его машину.
Единственная разница от прошлого раза было лишь отсутствие того непобедимого страха и беспокойства, овладевшего ей с ног до головы. Кажется, она так монстров в своём «сне» не боялась, как боялась именно в тот момент. Сердце предательски так и выпрыгивало из груди: то бросало в жар, то в холод; и всё это сопровождалось оживлённо бегающими мурашками по её коже. Тогда он опоздал на пять минут из-за пробок, но эти пять минут казались девушке мучительной вечностью. Эли не знала, куда себя девать, мысли о побеге всё сильнее охватывали её полушария, и вот, когда она уже было решилась уйти, её остановили крепкие объятия со спины и тёплые слова: «Прости»…
***
Тёплая и комфортная атмосфера в сопровождении приятной музыки окружала их. Они сидели в каком-то кафе, ждали заказ и разговаривали. Элизабет старалась вести себя непринуждённо, но что-то не отпускало её: мысли то и дело относились обратно к тем ночным обрывкам. Девушка наблюдала за Стасом, кивала, улыбалась в нужные моменты, не подавая виду, что на самом деле она сейчас далеко, и ей не до этих пустых разговоров. Лишь несколько раз её действительно приходилось вникать в суть разговора, когда Стас с прожигающим взглядом спрашивал: «Ты вообще слушаешь?» или «А ты что думаешь?». С первым вариантом вопроса было легко, а вот со вторым девушке уже приходилось сосредотачиваться и выкручиваться, как только можно.
