Внизу страницы был приделан небольшой бумажный кармашек, из которого Эли достала очередные фотографии. Только здесь она была везде с этим парнем, Стасом. На первом фото они в кафе и пьют кофе, улыбаясь, и корча рожицы. На втором фото они на улице, красиво и нежно срывается снег, и он также нежно прижимает её к себе. На последнем фото, судя по всему, они уже дома, у него – на этом фото был запечатлён их поцелуй.
Изучение фотографий показалось девушке интересным. Она с любопытством рассматривала их: то её так называемого парня, то саму себя… она была какой-то другой там. Элизабет было сложно объяснить из-за чего она так считала, но она это видела невооружённым взглядом. Почему она и хотела получше узнать себя здешнюю по этим писанинам (и про парня, конечно, тоже), но, к её огромному сожалению, это была последняя страница с записями. После 1ого марта личный дневник больше не вёлся.
«Ладно, – отложив в сторонку личный дневник, рассуждала девушка, – не суждено узнать всё сейчас, узнаю всё завтра при встрече. Осталось только выбрать, что надеть».
Элизабет с кошачьей грациозностью прокралась к шкафу и с томным выдохом отворила дверцы. Что же, как оказалось, у Элизабет в этой реальности был довольно-таки обширный выбор одежды: от скромных и немного рваных джинсов до шикарных платьев. Девушка просмотрела парочку вещичек из стиля «леди» и принялась изучать более привычную для неё одежду: майки, шорты, штаны… Её выбор пал на тёмно-синюю стретчевую джинсовую ткань и спортивную майку с неразборчивой надписью в области у ключиц. Она стояла и рассматривала себя в зеркале: вроде бы, и привычный для неё образ, но что-то всё равно смущало её. Наконец, Эли поняла…
«Эти джинсы слишком обтягивают… не то, что бежать, но и шагнуть нормально нельзя – не дай Бог, по шву ещё разлезутся».
– И куда это ты уже прихорашиваешься? – съязвила Катюха, наблюдавшая за примерками уже минут пять.
– Стас завтра придёт, – холодно ответила девушка.
– О-о-о-о, – с улыбкой протянула девчушка и запрыгнула на кровать с загоревшимися глазами, – а ты чего… в этом что ли собралась его встречать?
– Ну да, – еле вытянула из себя Эли, вновь сфокусировавшись на своём отражении, – а что? Что-то не так?
– Ну, я всего лишь ребёнок, – нотки хитрости так и дрожали в только что ею сказанных словах, – но вообще да, всё не так.
Элизабет сперва смотрела на сестру в отражении, но от настолько уверенно брошенных слов ребёнком, повернулась к ней и растерянно спросила:
– И что тогда ты посоветуешь?
– Ну, я своими идеями так не раскидываюсь. Тебе это будет стоять походом в пиццерию.
– Ладно, – ответила Эли, подавляя своё удивление. – А ты не пропадёшь.
– А то, – ухмыльнулась девочка и начала рыться в куче одежды, – сколько всякого шмотья, а ты выбрала не пойми что. Ты же со Стасом собралась встретиться, надо что-то определённо лучше. Ты же раньше всегда одевалась с ним на встречу так, что он бедный язык проглатывал.
Сёстры засмеялись. Эли чувствовала, что могла положиться на сестру в этом вопросе, что она её не подведёт. Оставалось только следовать её советам.
– Вот, – сказала сестрёнка, протягивая обжигающе красное платье.
– А можно что-то менее броское? – удручённо спросила Эли, изучая выбор Катюхи.
– Ну, это платье ты купила специально для встречи с ним. Кажется, на годовщину вашу собиралась надеть. Но не успела…
– Почему? – заинтриговано спросила Эли.
– Ты тогда уже была в коме, – огорчённо ответила девчушка, и едва нахлынувшая слеза тихо скатилась по её щеке.
