Добропорядочным гражданам появляться на нижних уровнях категорически не рекомендовалось, ведь тут можно и заточку под ребро словить — как два пальца обсосать, тутошние обыватели совсем не страдали гуманностью и совестью, выживали вопреки всему, буквально. Но опытные товарищи знали, что если соблюдать простые и понятные правила, такого исхода можно с легкостью избежать. Все гости нижних уровней, желающие прикоснуться к запретному, могли чувствовать себя в полной безопасности, пока они находились в собственных флаерах, ховерах, заведениях, в которые они прибыли, и… на освещённом фонарем пятачке между дверью заведения и припаркованным флаером.
Конечно, можно и пренебречь неписаным законом. Особенно, обладая современными индивидуальными оружейными системами, пусть даже и сугубо гражданского назначения. Для подобных «уверенных» в себе тут было полное раздолье. Но все равно это раздолье тесно соседствовало с огромным риском, так как в полуподпольных магазинчиках иногда всплывали пусть и устаревшие, но надежные плазменные карабины, автоматы, или, что совсем редко, плазмоганы. Да и бороться с противником, вооруженным по последнему слову техники и защищенным энерго-щитом, местные «крысы» умели прекрасно. Немало гостей нижних уровней лишились своего имущества, девственности, независимо от пола, и жизни, надеясь на силу оружия, да и просто отойдя от безопасных мест… поссать там в ближайшую подворотню, или же, будучи окрыленным синтетическими «крыльями», пойти на поиски приключений.
Вот в подобном месте и жила самая подходящая мне кандидатка в пилоты. На тринадцатом жилом уровне. Ирония судьбы, не иначе. Робо-такси доставило меня прямиком к зарегистрированному месту жительства пилота малых и средних кораблей экстра класса, по причине увечий и травм вынужденной переселится в столь херовые условия. А ведь когда-то Эли Ваер тусила на верхних уровнях, блистая упругой попкой и идеальной, что немаловажно, природной красотой. Записи молодой и красивой Эли до сих пор при желании и умении можно найти в сети. Сейчас же она безрукий и безногий инвалид, тело которой сплошняком обезображено термическими ожогами. В придачу у нее выгорели все нейро-шунты, но нейросеть и импланты остались невредимы. Ну, это если судить по доступной любому желающему медкарте. Очешуительное государство, я просто хуею от маразма. Любую инфу можно через сеть нарыть практически на любого разумного…
Выйдя из ховера, я незамедлительно толкнул грязную и потрепанную дверь сорокаэтажной гостиницы-ночлежки. В нос сходу ударили тяжелые «ароматы» дрянной «алкашки», застаревшего говна и блевоты. Ебать его по спине сорокакилограммовым ломом… Вот это приветствие. Не стоило снимать респиратор, ох, не стоило… Но зато стопудово номер в этом «пятизвездочном» отеле стоит максимум пару кредов в сутки. Правда, как потом «ароматы Шанель» из вещей, волос и кожи вытравливать, совсем непонятно. Тяжело топая по серому голому нано-бетону, местами покрытому застарелым слоем грязи, я добрался до стойки «ресепшена», за которой гордо восседал мужик довольно преклонных лет, с мордой, как у какого-нибудь папуаса с Новой Гвинеи — сплошной пирсинг и тату, что, в принципе, с трудом скрывали природную «красоту» чела. Ног у данного колоритного дядьки не было, их заменяла примитивна колесная платформа. Зато туловище мужика было упаковано в потрепанный и пятнистый от грязи китель ВКС с сержантскими «лычками». Занятно…
— Здорово. — облокотившись на стойку, воскликнул я. — Че, как? Ноги не затекают?
— Че надо? — «просканировав» меня угрюмым взглядом и напоказ достав из-под стойки импульсник, спросил изувеченный сержант.
— Дамочку одну ищу, вроде как из ваших. — кивнул я на китель. — Была пилотом, пока не попала в передрягу.
— И че? — смотря на меня исподлобья, все так же немногословно спросил мужик.
— Да ниче! Ты всегда такой информативный? — с явственным раздражением в голосе воскликнул я, экспрессивно мотыляя руками.
— Пошел нахуй отсюда! — категорично произнес «постовой» и нацелил на меня свою миллиметровую пукалку.
Резко кинувшись в сторону, сбивая прицел, но не выходя за рамки тренированного человеческого тела, я молниеносно сблизился с вероятным противником, выдернул из рук импульсник и отбросил оружие в сторону. Дабы не было искушения, ага.
— Полегче, мужик. Я ведь и обидеться могу. — «постовой» скорчил такую мину, будто я ему по яйцам со всего размаху пнул. — Ну, так в каком номере баба живет?
— Сто тринадцатый. — нехотя буркнул бывший сержант, расширившимися глазами смотря на кончик мономолекулярного лезвия прямо перед зрачком. Мотивирует, однако.
— Спасибо. — сказал я и, развернувшись на пятках, потопал в сторону длинного коридора, по бокам которого располагались двери номеров.
