Мужчина обернулся. Он был молод, и при виде нас растерялся. Впрочем, быстро взял себя в руки.
— Вы не имеете права здесь находиться! Объяснитесь!
Я вытащила Знак, вновь ставший куском огня на цепочке.
— Думаю, объясняться надо не нам, господин, а вам. Иначе придется разговаривать с Фитаем.
А ведь от этого Винкро никаким злом не несло. Огонь потух после того как на меня перестали действовать чары, и больше не разгорался.
— Суртопоклонничество карается по законам Пакта и Узара, — нахмурился Витор, — мы обязаны доложить шерифу о том, что вы делаете с этими несчастными.
Мужчина оглядел нас четверых. Тяжело вздохнул:
— Я не делаю ничего плохого. Это не то, что вы подумали. У нас с распорядителем есть уговор, — Альбин потер руками лицо, — тех, кто больше не может сражаться, его помощница поит зельями из моих запасов, отводящими от смертной грани, а потом выводит из Узара и передает родичам. Вот и все.
Помощница? Ат-та — женского пола? Впрочем, кто их, ящеров, разберет. Вроде как по оттенкам чешуи можно было отличить их женщин от мужчин, но и то известные мне савры посмеивались над этим, называя суеверием.
— И зачем же все это?
Этот Винкро, кажется, не врал. Вопросу он искренне удивился.
— Как зачем? Они должны быть свободны. Они завоевали свободу, разве нет? И вообще — нигде в мире, кроме как в Узаре, так не относятся к савром. Они — потомки великого народа, а низведены до уровня рабов. Разумеется. Ведь если признать их равными, то придется, платить им деньги, обеспечивать хорошие условия. Терять прибыль.
— Ты вроде не ящерица. А печешься о них так, словно хвост имеешь.
— Я помогаю им чем могу. На свои личные деньги, между прочим.
— Твоя семья не в курсе, — я кивнула на маску.
— Разумеется. Были бы в курсе — бы я делал это иначе, разве не ясно? Но нет, стоило попытаться объяснить, что свободные рабочие заинтересован в результатах труда и будут работать куда лучше невольников, как меня едва не признали сумасшедшим. Отец отправил меня в Пакт чтобы я выучился там и понял, как вести дела, а теперь, когда я со своими знаниями смотрю вокруг и делаю выводы, он не хочет соглашаться с этими выводами. И вот я, сын одной из Десяти Великих Семей, как тать в ночи пытаюсь делать то, что нужно делать днем и с гордо поднятой головой — помогаю разумным.
— Ты или безумец, или идиот, — высказалась Дианель.
И я была с ней согласна.
Аристократ со странными идеями только плечами пожал.
— Я думаю, что мы зря потратили время, — с сожалением констатировал Витор, — исчезающие тела савров никак не связаны с колдунами.
— Колдун — злой чаротворец? — прошипела Ат-та.
Ящерица по-прежнему смотрела на Арджана как на божество.
Так, а вот это уже интересно. Тот, кто забирает «трупы» ящеров никак нас с колдуну не приблизил, но, быть может, это удастся самим ящерам?
— Да. Ты что-то знаешь о нем? Здесь, в городе.
— Ат-та не знать. Верховный Всеокий знать о злых чаротворцах, а Ат-та лишь слышать слухи.
— Верховный Всеокий — ваш шаман, так? Ты можешь показать, как к нему идти?
Ат-та облизнула губы. Смотрела она на Арджана.
— Вы стоите бок о бок со Свободным. Если вы готовы идти путем болот, то Ат-та может провести вас с Нгренгом и Саратой в свое племя. Всеведующий предсказал, что придет Свободный на крыльях бури, и выступит против зла из Тьмы. И теперь Ат-Та видит Свободного. Предсказание сбывается.
Прежде чем я успела что-то ответить, Арджан решил все испортить:
— Я не предсказанный герой. Я носил ошейник, как и вы, пусть и не всю жизнь. Просто его следы убрала магия.
— Нет-нет, — помотала головой Ат-та, — ты — Свободный. Потому что ты ровня Равным по словам и делам. Неважно что было в прошлом — теперь ты один из них. Ты воистину свободен.
Под ногами чавкала грязь. Ровно так же как и весь остальной день, проведенный в пути.
Мы вышли из Пирамиды на рассвете, когда оба савра, «погибшие» на арене, благодаря зельям оказались способны передвигаться. Разумеется, никто не выпустил бы из центральных ворот нашу четверку с Ат-та и двумя побитыми, по ковыляющими вперед ящерицами без ошейников, так что выбирались мы из города через один из подземных выходов, который до того, похоже, был руслом ныне пересохшего канала. Оставалось только верить, что золотые, уплаченные хозяйке «Болотного зверя», помогут сохранить за нами комнаты, а Ингрид по возвращению не придется разыскивать по всей Пирамиде. Конечно, в Узаре не то чтобы было много мест, где можно было спрятать лошадь, но все же.
Солнце уже клонилось к закату, а запасы взятой с собой воды закончились. Несмотря на то, что самую жару мы провели, отдыхая в тени местных низких деревьев, да и шли медленно из-за раненых савров, все равно путешествие в гости к племени «истинных», к которому принадлежала Ат-та, было крайне выматывающим. Пот лил ручьем, а колено, пусть и залеченное Огнем, ныло при каждом шаге. Впрочем, если я буду отвлекаться на все свои старые травмы, то, боюсь, придется отправляться в храм Мортиса и молить жрецов о последней милости.
