– Это пешж мас'хадни, – пробормотала Вийя, пнув человека в халате носком башмака. – Специалист в искусстве боли. Только должарианская знать держит таких. – Она перевела взгляд на Монтроза, который выжидательно смотрел на нее. – Освободи его.
– Это что-то вроде пыточной машины, – испуганно прошептал Ивард.
Монтроз вглядывался в аппарат, перебегая взглядом с машины на проволочную шапку и обратно.
– Не могу разобраться в этой штуке, – признался он, покачав головой. – Придется рискнуть. – Он осторожно снял шапку с головы гностора и тут же всем телом прижал его к кушетке, такой жуткой судорогой свело того. Впрочем, приступ прошел так же неожиданно, как начался; дыхание Омилова сделалось громче, но и сейчас оно было хриплым, полным боли.
Монтроз отстранился от Омилова и повернулся к Вийе.
– Не знаю, выживет ли он, но нам нужно как можно быстрее доставить его на корабль.
Эйя снова возбужденно защебетали. Вийя застыла на мгновение, потом посмотрела на Брендона:
– Как нам вернуться отсюда на корабль?
– Если мы будем идти дальше по этому же коридору, а потом спустимся на два уровня...
– Ладно, идем. Остальное расскажете по дороге. Ты понесешь старика, – приказала она Монтрозу.
Монтроз отстегнул свою кобуру; Брендон убрал свой лучемет и взял взамен оружие Монтроза. Великан-рифтер огляделся по сторонам, наклонился, сорвал халат с мертвого должарианца с татуированной головой и осторожно завернул в него Омилова. Брендон увидел на коже должарианца многочисленные шрамы и рубцы и поспешно отвернулся.
Монтроз осторожно поднял тело гностора, перекинул его через плечо и подождал, пока остальные выйдут из помещения.
Брендон пропустил его вперед и повернулся в дверях. Значит, должарианские властители содержат личных палачей? Еще одно воспоминание мелькнуло у него в мозгу: вот уже второй раз на протяжении последнего часа он подумал об Анарисе – на этот раз он вспомнил те угрозы, которыми пытался напугать его маленький заложник.
«А ведь мы тогда не принимали их всерьез, – подумал Брендон, поднимая тяжелый лучемет и переключая его на максимальную развертку луча. – Тогда казалось достаточно держаться подальше от этого его зазубренного ножа... А потом меня отослали в школу».
Он спустил курок, залив помещение раскаленной плазмой. Должарианские аппараты взорвались фонтаном огненных брызг. Брендон отпустил курок и, полуослепленный, шагнул назад, за порог, как раз когда с потолка с шипением ударил поток пены. Потом он повернулся и поспешил за отступавшими рифтерами.
Барродах вздрогнул и пришел в себя. Сидевший напротив Андерик терпеливо ждал, деликатно глядя в сторону.
«Этот рифтер ловит все на лету. Ему потребовалось совсем немного времени, чтобы понять, как следует себя держать».
Он бросил взгляд на часы. Прошло всего полчаса, а он столько узнал о рифтерских привычках и пристрастиях. В некотором отношении этот мир показался ему очень знакомым.
«Одно ясно: Таллис не тянет на противовес Хриму. Мне нужно каким-то образом поставить на его место Андерика».
– Твоя информация, Андерик, довольно интересна. Мне надо обдумать все то, что ты мне сказал. – Он заговорщически улыбнулся. – Пожалуй, я выделю охрану, чтобы тебя проводили к Таллису. Можешь сказать ему, что своим освобождением он во многом обязан тебе.
Андерик ухмыльнулся в ответ.
– Ага, для начала это неплохо. – Он встал, блаженно потянулся и вдруг вздрогнул, уставившись на стену за спиной бори.
Барродах резко обернулся. Там не было ничего. Он повернулся обратно к Андерику и тут же вздрогнул сам: неясная тень вынырнула из-под его стола и исчезла, словно просочившись сквозь противоположную стену. Его пробрала холодная дрожь, и он усилием воли отогнал ее.
«Слишком много лет общения с должарцами, их духами и демонами...»
Однако подняв глаза, он встретил взгляд Андерика, полный такого же удивления и страха.
Загудел вызов коммуникатора, оторвав его от неуютных размышлений.
– Что?
– Это дектерашж Джессериан, из охраны сектора Слоновой Кости. Одного из моих людей только что нашли мертвым в аванзале, и оттуда пропал ряд артефактов. – Судя по акценту, говоривший принадлежал к низшим кругам должарианской аристократии; отсутствие в обращении какого бы ни было титула говорило о том, что тот признает де-факто наличие между ними равенства. Барродах знал его – неплохой военный, совершенно не интересующийся политикой.
– Я объявил тревогу, но прежде, чем успел предупредить вас, мы получили сигнал тревоги от часового, назначенного охранять сенц ло'Эводха. Он не отзывается на наши вызовы. Туда направлен наряд, и я удвоил охрану входов Малого Дворца. У вас будут другие приказы?
Барродах разом забыл и про стоящего перед ним рифтера, и про зловещие тени на стенах. Эсабиан придет в ярость от такого покушения на его новые владения, но если им удастся изловить грабителей и вернуть все на место прежде, чем он об этом узнает, последствия можно будет свести к минимуму.
