Я скептически фыркнул и отмерил пятьдесят шагов от костра, на ходу расстегивая и вынимая из уха серьгу. Амулет-гексаграмма был предметом непростым: мало того, что засекал присутствие агрессивных сущностей, так еще и кропотливо собирал избыточную энергию, пряча ее в обычном на первый взгляд металле. Этой энергией я мог поделиться с любым существом, вплоть до сказочного Медведя, обитающего в Лесу Духов. Этот фольклорный персонаж столь же легендарен, сколь и Алтарь Аларны, коий, если верить слухам, расположен в самом сердце все того же Леса.
Шаир дождался, пока я остановлюсь, и распахнул крылья. М-да... Сравнивать духа-убийцу с обычной птицей можно было только до тех пор, пока он не начинал двигаться: в воздухе промелькнуло смазанное черное пятно, и в следующий миг на моем плече сжались темные когти. Приспешник выхватил из моих пальцев амулет и так же быстро оказался на земле - только по коже с опозданием пробежал легкий холодок, как всегда бывает при соприкосновении существ из двух разных миров.
- О-о-о, - восторженно протянул Шаир, наблюдая, как амулет приобретает алый цвет. - Много насобирал, хвалю.
- Обходился своими силами, - подтвердил я.
Мне очень хотелось услышать его версию событий, но наблюдать за перевоплощением тоже никогда не надоедало. Поэтому я решил, что разговор может подождать пару минут, и постарался не моргать, чтобы ничего не пропустить.
Сначала птица стала увеличиваться в размерах. Потом ее затянуло непроглядной черной дымкой, которая, с минуту поклубившись в одном месте, подросла до уровня моих плеч и немного раздалась вширь. Потом из дымки выглянули кожистые крылья с торчащими на краях когтями - и почти сразу с чавканьем втянулись обратно. Потом дымка рваными клочьями осыпалась на землю, скользнула в траву - и вместо птицы на меня посмотрел человек.
Шаир был непревзойденным мастером по смене облика. Он менял свой внешний вид каждую нашу встречу. Оставаться духом ему никогда не хотелось, а человеческие тела его увлекали, заставляя каждый раз искать, как он сам выражался, "трогательный изъян". И с моей стороны было бы несправедливостью не отметить, что в этот раз Шаир превзошел сам себя.
Передо мной стоял невысокий парень с роскошной гривой зеленых волос, частично завязанных в хвост, а частично падающих на худые плечи. У него были миндалевидные, как у Симы, серые глаза, в которых плавали, сталкиваясь друг с другом, яркие золотистые искры. Парень безмятежно улыбнулся, поправил воротник вышитой рубахи и с интересом спросил:
- Ну как?
- С волосами перебор, по-моему. В прошлый раз было лучше.
- Ой, не начинай. Рыжие уже давно вышли из моды. Сейчас популярны необычные цвета, которых не достигнешь простыми методами. К примеру, ваша королева разгуливает по своему дворцу, поправляя сиреневые косы, и надеется, что кто-то обратит на нее внимание. Жаль ее. Никто ведь не обратит: она сама запретила страже на себя смотреть. А господин герцог побоится высказывать ей свое мнение, поэтому заверит, что Ее Величество - самая прекрасная женщина на свете. И будет терпеливо ждать, пока ее волосы снова примут нормальный цвет.
- Ты неплохо осведомлен в делах королевы, - растерялся я.
Шаир пожал плечами, опустил правый уголок губ:
- В ее дворце происходят интересные вещи.
- Это какие же?
- Присядь, Рожденный в Снегу, - попросил дух, подавая пример. Смотреть на него сверху-вниз оказалось неудобно, поэтому я послушался и сел. Шаир улыбнулся, поймал мой взгляд и сказал: - Разговор недолгий, мне просто стоять лень.
- Ты в своем стиле, - серьезно ответил я.
Улыбка парня стала еще шире. Опущенный уголок губ поднялся обратно: дух растерял всю свою серьезность, пока готовился к разговору. Зато моя осталась на месте, поэтому Шаир уже спустя минуту погрустнел, нахмурился и поинтересовался:
- Что именно ты хочешь узнать?
- К примеру, - начал я, кивнув на Симу, - Не врет ли мне эта девушка.
Дух в человеческом теле покачал головой:
- Нет. Не врет.
- Забавно. - Особой радости я не ощущал, но отступать было поздно. - И про духа правда?
- Какого духа? - удивился Шаир.
Я нахмурился, но непонимание в его глазах не было поддельным. То ли дух действительно не знал подробностей нашего разговора, то ли главе воинов Альна покровительствует вовсе не потусторонняя сущность. Мысль о том, что Сима могла допустить ошибку, я сразу отмел: иначе Шаир сказал бы, что в ее словах была доля неправды. Поэтому я открыл сумку, заглянул в ее мрачные глубины и осторожно вытащил на свет божий пергамент, на котором девушка изобразила "хризантему".
- Ты можешь сказать, что это за символ? - осторожно спросил я, наблюдая, как вытягивается лицо собеседника. Судя по всему, сказать он мог, но очень не хотел этого делать. Мне пришлось настаивать: - Ша, мне нужно это знать. По-другому мы не выпутаемся. Повелители - это хорошо, особенно если у них действительно такая замечательная магия. Но эту сущность надо изгнать. Иначе братство воинов возьмет под свой контроль королеву, а нам это вряд ли сулит что-то хорошее.
