Закон Украины «О финансовых услугах и государственном регулировании рынка финансовых услуг» определяет кредит, как «деньги, которые даются под залог юридических или физических лиц на определенный срок и под процент» (Статья 21 Закона).
Закон Украины «О банках и банковской деятельности» (Ведомости Верховной Рады (ВВР), 2001, N 5-6, ст.30) в статье 47 утверждает: «Коммерческие банки самостоятельно устанавливают процентную ставку и комиссионное вознаграждение по своим операциям». Кроме того, в статье 49 «Кредитные операции и предоставление беспроцентных кредитов запрещается»!
В Законе «О кредитных союзах» статья 21 гласит «Кредитный Союз имеет право самостоятельно устанавливать... размер платы (процентов) за использование кредитов, предоставляемых кредитным союзом.» О том же гласит 19 Статья принятого в первом чтении Проекта Закона «Ломбардах в Украине». Точно так же не вводится норма на величину процента в законе об ипотеке.
Мы видим поразительный пример отстраненности государства от регулирования нормы процентной ставки, фактическое узаконивание ростовщичества. Беспроцентный кредит запрещается. Попытка неростовщического кредитования пресекается Статьей 44 Закона «О финансовых услугах и государственном регулировании рынка финансовых услуг», которая озаглавлена «Уголовная ответственность за нарушение законодательства при проведении деятельности по оказанию финансовых услуг».
Механизм выплаты процентов и сложных процентов действует против законных прав индивидуума. Статья 13 Гражданского Кодекса Украины. Границы осуществления гражданских прав, гласит:
2. При осуществимые своих прав лицо обязано воздержаться от действий, которые могли бы нарушить права других лиц, нанести ущерб окружающей среде или культурному наследству.
3. Не допускаются действия лица, которые совершаются с намерением нанести вреда другому лицу, а также злоупотребление правом в других формах.
4. При осуществимые гражданских прав лицо должно придерживаться моральных основ общества.
В соответствии со Статьей 289 ГК. Право на личную неприкосновенность
2. Физическое лицо не может быть подвергнуто истязанию, жестокому, нечеловеческому или так, что унижает ее достоинство, обращению или наказанию... В случае жестокого, аморального поведения физического лица относительно другого лица, которое находится в беспомощном состоянии, применяются мероприятия, установленные этим Кодексом и другим законом.
В Статья 321. Незыблемость права собственности. ГК подчеркивается:
3. Принудительное отчуждение объектов права собственности может быть применено лишь в порядке исключения из мотивов общественной необходимости на основании и в порядке, установленных законом.
«Земная власть тогда подобна божьей,
Когда с законом милость сочетает.
Жид, за тебя закон; но вспомни только,
Что если б был без милости закон,
Никто б из нас не спасся.»
(Шекспир. «Венецианский Купец»).
Если конституция и Гражданский кодекс гарантирует одинаковый доступ индивидуумов ко всем государственным услугам, а денежная система может рассматриваться в качестве таковой, то положение, когда в рамках этой системы 10% населения постоянно получают больше, чем платят, за счет других 80% населения, которые соответственно меньше получают, чем платят, является незаконным. Однако, в законодательстве нашей страны стране нет понятия “ответственность кредитора за действия заемщика”.
«Закон в полном смысле слова создал право, стоящее вне его компетенции; он реализовал абстракцию, метафору, фикцию, и он не потрудился даже предусмотреть, что из этого выйдет, какие возникнут неудобства, будет ли результат хорош или дурен. Он санкционировал эгоизм, он подтвердил чудовищные претензии, он удовлетворил преступные желания, как будто в его власти было наполнить бездну и насытить ад. Это был закон слепой, закон невежд, закон, не достойный этого имени, слово раздора, лжи и крови. Это он, все снова и снова воскрешаемый, восстанавливаемый и укрепляемый, подобно палладиуму обществ, усыпил совесть народов, омрачил дух вождей и явился причиной всех народных бедствий. Этот закон был осужден христианством, но его восстановили невежественные служители последнего, настолько же не склонные изучить природу и человека, насколько не способные понять свое Писание»,- мрачно замечает Карл Маркс.
Антагонист Маркса Прудон солидарен с ним. «Я спрашиваю только, на каком основании судьи, рассматривающие иск о праве владения, присуждают к уплате процентов? ... Знал ли он закон возможного?... До каких пределов может доходить эксплуатация работника бездельником? Где начинается право грабить и где оно кончается? Когда производитель может сказать собственнику: я тебе больше ничего не должен? Когда собственность бывает удовлетворена? Когда не дозволяется больше красть? Если законодатель знал закон возможного, но не нашел нужным считаться с ним, то где же его справедливость? Если он его не знал, то где же его мудрость?», - риторически вопрошает он.
