Пьеса эта называлась «Чужая тень». (Именно из неё Солженицын заимствовал сюжетный мотив для «лекарственного» варианта своего романа).
Разрабатывая сюжет этой своей будущей пьесы, Симонов не мудрствовал лукаво. Собственно, тут и разрабатывать было нечего: заранее предполагалось, что её сюжетом станет история Клюевой и Роскина, которые предоставили созданный ими противораковый препарат американцам. Но он сразу для себя решил, что его героем будет человек субъективно честный, не понимающий, чем чревато предательство, которое он совершил. А чревато оно, как ему это представилось, было тем, что созданная им вакцина – не противораковая, а, скажем, противочумная, – могла быть использована как оружие в будущей бактериологической войне.
Придумав этот сюжетный ход, он, разумеется, консультировался с учеными, и ученые подтвердили, что да, в принципе такое возможно.
Так ли, сяк ли, пьеса была написана и, хоть и не сразу, легла на стол Сталина, который, прочитав, тотчас её одобрил, высказав при этом автору несколько замечаний.
