12 апреля 1861 года береговые батареи Чарльстона (штат Южная Каролина) открыли огонь по форту Самтер, отказавшемуся перейти под власть Конфедерации и осаждённому южанами. Это стало началом долгой кровопролитной войны, которой, казалось бы, никто не хотел, в возможность которой никто не верил. Обе стороны объявили призыв добровольцев на военную службу. Выпускники военной академии Вест-Пойнт должны были принять мучительное решение: на чьей стороне сражаться? Тем южанам, которые служили на Севере, правительство не препятствовало уволиться из армии и уехать на юг, в родные штаты.
Выбор «на чьей стороне воевать?» не предопределялся местом рождения, родственными связями, уровнем богатства. Как и в религиозных войнах, людьми двигала вера — на этот раз вера в те или иные политические и моральные идеалы.
«Семьи трагически раскалывались. Один сын сенатора Криттендена сражался за конфедератов в чине генерал-майора, другой, в таком же чине, — за Союз. Издатель аболиционистского журнала в Луисвиле, Джордж Прентис, имел двух сыновей, вступивших в армию южан. Три внука Генри Клэя записались в армию Союза, а четыре вступили в ряды конфедератов».[245]
Первая крупная битва произошла 21 июля в Вирджинии. Армию северян, двигавшуюся от Вашингтона в направлении Ричмонда, сопровождали сотни штатских джентльменов и дам, пожелавших увидеть своими глазами разгром бунтовщиков. Их ожиданиям не суждено было сбыться. После упорного сражения северяне в беспорядке отступили, увлекая с собой толпу перепуганных зрителей.
В 19-ом веке ещё не существовало такого понятия «линия фронта». Большие армии и маленькие отряды перемещались на огромных территориях, нападали друг на друга, вступали в бой или осаждали города и форты. Генералам было нелегко координировать эти перемещения, нелегко оценивать правильно силы противника. Командовавший северянами генерал Макклеллан часто отказывался выполнять приказы президента о наступлении, заявляя, что силы противника превышают его вдвое. Проверить это было невозможно, и Линкольн долго не решался заменить нерешительного военачальника.
Уинстон Черчилль в своей книге отдаёт должное стратегическим талантам Макклеллана, но даже он признаёт, что во многих важных моментах войны тот проявлял непростительную нерешительность. Принадлежа к партии демократов, этот генерал очень дорожил её поддержкой в Конгрессе. Любая военная неудача могла разрушить его планы занять президентское кресло в 1864 году.
«Понимая, что каждая ошибка даст возможность политическим врагам пошатнуть его репутацию, он действовал с удвоенной осторожностью. Во время битвы при Харпер Ферри (сентябрь, 1862) он потерял день и упустил возможность разбить армию генерала Ли».[246]
Политика постоянно вторгалась в военную стратегию. Демократическая партия составляла мощную оппозицию в Конгрессе США, военные поражения северян усиливали позиции того крыла демократов, которое призывало к мирным переговорам с Югом. В выборе генералов Линкольн не мог исходить только из их боевых качеств, ему приходилось считаться с тем, какую поддержку тот или другой имел на Капитолии и в прессе.
Весной 1862 года Конфедерация — впервые в истории США — приняла закон об обязательном призыве в армию мужчин от 18 до 35 лет. Год спустя северяне последовали их примеру. Обе стороны разрешали призванному нанять за деньги человека, который займёт его место в рядах сражающихся. Кроме того, у южан многие профессии освобождались от военной службы: школьные учителя, священники, аптекари, почтальоны, телеграфисты, сапожники, кузнецы, мельники и многие другие. Также освобождались плантаторы и их надсмотрщики — считалось, что они незаменимы в качестве полицейской силы, контролирующей три с половиной миллиона чёрных.[247]
Потери обеих сторон были ужасными, и они росли стремительно. Техническое оснащение армий использовало уже многие достижения индустриальной эры, а тактические приёмы всё ещё следовали образцам времён Войны за независимость. На поле боя солдаты перемещались густыми колоннами, никто и слыхом не слыхал о рассыпном строе. Такие колонны, попадая под огонь нарезных ружей и залпы картечи, теряли до половины своего состава.
Северяне превосходили южан численностью почти в четыре раза. Их экономическое и индустриальное превосходство было ещё более значительным. Пропаганда южан часто указывала на то, что их врагам помогали иностранные добровольцы. Современные историки считают, что в армии северян от 20 до 25 % были люди, рождённые вне США. Но и в армии южан служили полки, составленные из ирландцев, немцев, поляков.[248]
Конфедерация прилагала огромные усилия к тому, чтобы добиться дипломатического признания в Европе. Но никому за океаном не хотелось ссориться с могучей Америкой. Французский император Наполеон Третий попытался воспользоваться гражданской войной в США, чтобы подчинить себе Мексику и создать там монархию со своим ставленником на троне, но из этого ничего не вышло.
