— В кладовке МТМ лежат, — ответил слесарь. — Но добраться туда сейчас проблематично, дороги замело.
— А если запустить насос вручную? — предложил Кутузов. — Отключить автоматику и включить принудительно?
— Можно попробовать, — согласился я. — Но кто будет дежурить? В такой мороз долго не выдержишь.
В этот момент к павильону подъехал УАЗ-469, из которого вышли Семеныч и электрик Светлов. Оба были в тяжелых полушубках и валенках, с инструментами в руках.
— Виктор Алексеич, — окликнул экскаваторщик, стряхивая снег с ушанки, — услышали, что авария. Решили помочь.
— Василий Петрович, — обратился я к электрику, — можете оценить ситуацию с электрооборудованием?
Светлов зашел в павильон и внимательно осмотрел щит автоматики:
— Главная проблема в замерзании датчика, — подтвердил он диагноз Кутузова. — Но есть и дополнительные сложности. Пускатель насоса покрылся инеем, контакты могут не замкнуться.
Действительно, магнитный пускатель ПМЕ-211 был покрыт белым налетом замерзшего конденсата. При попытке включения контакты могли не сработать.
— А что с кабелем питания? — поинтересовался я.
— Кабель в порядке, — ответил электрик, проверив изоляцию мегаомметром. — Но щит управления требует дополнительного обогрева.
Семеныч тем временем изучал конструкцию системы отопления павильона:
— Виктор Алексеич, а что если поставить дополнительную печку? У меня в мастерской есть буржуйка малогабаритная, как раз для таких случаев.
— В павильоне с электрооборудованием? — засомневался Светлов. — Пожароопасно.
— А если печку снаружи поставить, а теплый воздух по трубе подавать? — предложил Кутузов. — Как в банях делают.
Идея была разумной. Наружная печь исключала риск пожара, а теплый воздух по металлической трубе мог обогревать внутреннее пространство павильона.
— Семеныч, сколько времени потребуется на монтаж? — спросил я.
— Часа два, не больше, — прикинул экскаваторщик. — Печка готовая есть, трубу из листовой стали согну, дымоход выведу.
— Делайте, — решил я. — А мы пока попробуем отогреть датчик паяльной лампой.
Кутузов достал из сумки паяльную лампу ПЛ-1 и начал ее разжигать. На морозе бензин загорался неохотно, пришлось несколько раз подкачивать топливо ручным насосом.
— Осторожно, — предупредил Светлов, — не перегрейте датчик. Мембрана может лопнуть.
Лаборант осторожно направил пламя на ледяную корку, покрывающую импульсную трубку. Лед начал таять, стекая на пол павильона небольшими лужицами.
— Есть! — обрадовался Михаил Степанович, наблюдая за стрелкой манометра. — Показывает давление!
Действительно, стрелка прибора МП-100 сдвинулась с нулевой отметки и показала реальное давление в системе, два с половиной атмосферы. Ниже рабочей нормы, но достаточно для диагностики.
— Пробуем запустить автоматику, — сказал Светлов, нажимая кнопку включения на щите управления.
Загорелись зеленые лампы «Система включена» и «Готовность к работе». Через тридцать секунд сработало реле времени, щелкнул магнитный пускатель, заработал электродвигатель насоса.
— Работает! — радостно объявил Кутузов, наблюдая за ростом давления на манометре.
Но радость была преждевременной. Через пять минут стрелка манометра снова упала до нуля, импульсная трубка замерзла повторно.
— Нужно постоянное отопление датчика, — констатировал Светлов. — Иначе каждые несколько минут будем отогревать.
Семеныч вернулся с печкой, компактной буржуйкой из листовой стали толщиной три миллиметра, размером сорок на сорок сантиметров. К ней был приварен теплообменник из труб диаметром пятьдесят миллиметров.
— Воздуховод делаю из жести, — объяснял он, сгибая лист оцинкованного железа. — Горячий воздух будет поступать прямо к датчику, поддерживать плюсовую температуру.
Монтаж системы дополнительного обогрева занял полтора часа. Печку установили в двух метрах от павильона, воздуховод проложили через техническое отверстие в стене. Дымоход вывели на высоту четыре метра для хорошей тяги.
— Пробуем, — сказал Семеныч, разжигая в топке щепки и бересту.
Печь быстро разгорелась. Теплый воздух по воздуховоду начал поступать в павильон, обогревая приборную панель. Температура возле датчика поднялась с минус двадцати до плюс пяти градусов.
— Отлично! — одобрил Светлов, проверив работу автоматики. — Датчик показывает стабильно, система включается и выключается по программе.
Мы проверили работу в различных режимах. Насос включался при падении давления до трех атмосфер, выключался при достижении четырех с половиной. Никаких сбоев.
— А дрова где брать будем? — поинтересовался Михаил Степанович. — На всю зиму не напасешься.
— А давайте переделаем на электричество, — предложил Кутузов. — Поставим мощный ТЭН вместо дровяной топки.
— Можно, — согласился Светлов. — У меня есть нагреватель ТЭН-5 мощностью пять киловатт. Как раз подойдет.
Переделка заняла еще час. Электрический нагреватель установили в топочную камеру печи, подключили через автоматический выключатель. Система стала полностью автономной.
