— По какому адресу? — тут же спросил Ненароков.
— А я помню? Если я без сознания была!
— Извините, — смутился капитан, — и что там было?
— Стал допрашивать, что я знаю о своей прапра… в общем, о ней. Что она была фрейлиной — впервые от него услышала, честное слово! И еще твердил о фермуаре, дескать, был у нее фермуар какой-то особо ценный, якобы ей сама царица подарила.
— Сказки какие-то, — поморщился Ненароков.
— Ага, я тоже так подумала, только когда он стал угрожать, что вколет мне скополамин и что я потом в овощ превращусь, тут уж не до сказок стало!
— Да с чего он это все взял-то? Псих, что ли? Хотя… психи так людей не убивают…
— Вот именно. А взял он все эти сведения из книги.
— Мало ли что в книжке напишут!
— Да погодите вы! Дальше слушайте!
Официантка давно уже боязливо выглядывала из кухни. Уж и заказ готов, а эти двое так орут друг на друга, как бы тарелки не начали бить. Но вроде успокоились, нести, что ли? Неохота лишний раз на грубость нарываться.
Дальше Настя рассказала, как приготовилась к смерти, и тут ее мучитель вышел в другое помещение и задержался там надолго. А она очухалась маленько и решила уносить ноги. Но тут явился на смену первому такой страшный тип — огромный и с черной бородой. И она, уползая, сумела ткнуть его шприцем, тем и спаслась. А потом выбежала из здания, прокралась по двору, вышла в переулок, а там, на улице, поймала первую попавшуюся маршрутку. Вроде бы номер сто девятнадцать. Но она не уверена.
А дома выяснилось, что она прихватила с собой ту книгу, которой потрясал перед ней убийца.
— Что за книга? — неожиданно капитан Ненароков заинтересовался.
— Старинная, с ятями, «Манон Леско».
— Знаю, — оживился Ненароков, — эта Манон была девушкой, так сказать, легкого поведения, соблазнила монаха, они куда-то бежали, потом она умерла, а он стал священником.
— Ну, примерно так и есть, — согласилась Настя, — только все дело не в Манон, а в том, что было написано между строк.
— Между строк? — переспросил капитан. — В каком смысле? В переносном?
— Да нет, в самом прямом — на чистых местах между строчками. Да я вам как-нибудь покажу.
— Все же хотелось бы общую картину представить… — неуверенно попросил Ненароков.
Тут официантка принесла заказанные блюда, и Настя, пережевывая листья салата, собралась с мыслями.
— Понимаете, это был как бы дневник. Одна девушка записывала события, случившиеся в восемнадцатом году. Бумаги не было, она и писала на чем придется. Вот, книжка подвернулась. Там один бывший офицер был тяжело ранен, он умирал и рассказал ей, что должен был найти фрейлину Облонскую, она, в свою очередь, должна была передать ему координаты тайника, где спрятаны сокровища. Драгоценности собрали богатые люди, царские бриллианты там тоже были… Это было написано в книге. И из этого тот тип сделал выводы, что сокровище где-то есть, и я могу об этом знать. Маразм, да и только!
Тут Настя заметила, что капитан ее не слушает. Он сосредоточенно о чем-то думает. Вот машинально отрезал кусок мяса от своего стейка, но до рта не донес, кусок свалился с вилки. Ненароков механически подвигал челюстями и через некоторое время понял, что что-то не так. Особенно когда наткнулся на насмешливый взгляд Насти. Однако он не смутился, потому что поглощен был важной мыслью.
— Книга, говорите?
— Да, а что?
— Да есть тут такой… кличка ему Книголюб. Много серьезного на нем висит, только доказательств нет.
— Откуда такая кличка?
— А он образованный, исторический факультет в свое время окончил, в архиве работал. Потом уже в киллеры заделался. Неожиданная такая перемена профессии.
— Ну да, — согласилась Настя, — производит впечатление человека образованного, так что вполне мог голову тете Дусе поначалу заморочить. Может, вы и того, другого, узнаете?
— Черный, страшный, с бородой, — усмехнулся капитан, — нечеткое описание. Вот если бы фотография его была…
Настя посмотрела на капитана очень выразительно — было у нее время этих типов на телефон фотографировать? Чуть жизни не лишилась, еле ноги унесла!
Ненароков и сам понял, что сморозил глупость, так что закончили они еду в молчании. Настя доела десерт, он выпил только кофе.
— Анастасия… — в этот раз он решил обойтись без отчества, — я вас очень прошу — будьте осторожны. Ну посидите дома хоть немножко, и никому не открывайте двери. Скажитесь больной, наконец! Ведь если все, что вы рассказали, правда…
— То есть как это? — рассвирепела Настя. — Думаете, я все это сочинила, чтобы вам понравиться?
— Да я не то хотел сказать! — Он пошел на попятную, но Настя уже махнула официантке, бросила на стол деньги и ушла. И не обернулась на прощание, и слова не сказала.
Ну что за беда с этими женщинами, слова сказать нельзя! Капитан Ненароков выругался сквозь зубы неприличными словами, хотя позволял себе это крайне редко.
— Еще кофе? — Официантка глядела сочувственно.
— Давайте! — кивнул он. — И сладкого, чтобы стресс снять!
