В древнем Вавилоне существовала секта лунопоклонников, члены которой хранили удивительный секрет. Они владели камнем, который магическим образом под воздействием луны превращал человека в кровожадного оборотня.В наши дни ассистентка Лиза работает в маленькой фирме вместе с мужем и свекровью. Спасаясь от неприятностей по работе, которую накликали на нее родственники, она скрывается в доме причудливого мужика Василия, а рядом происходит зверское двойное убийство… Лиза внезапно обнаруживает, что похожее преступление совершается каждые 14 лет…Читайте захватывающий «Артефакт&Детектив» от мастера жанра Натальи Александровой.
Я снова посмотрела на часы.
Была уже половина десятого.
Свекровь сказала, что Михаил приедет от восьми до девяти, а сейчас уже девять тридцать…
Мне было беспокойно, и не оставляло неприятное чувство, что кто-то смотрит в спину. Однако, сколько я ни оборачивалась, мне не удавалось перехватить ничей взгляд.
Мимо меня третий раз прошел сутулый мужичок с бегающими глазами, то и дело выглядывающими из-под надвинутой на лоб кепки. Заметив мой затравленный взгляд, он отвернулся и отошел в сторону.
Я следила за ним из-под опущенных ресниц. Он немного выждал, подошел к дремлющей на скамье тетке и покатил стоящий рядом с ней чемодан.
Слава богу, это обычный вокзальный воришка, а не то, чего я так боялась!
Я хотела уже разбудить тетку, но она сама проснулась, вскочила и кинулась вслед за вором, заполошно крича:
— А ну стой, ворюга! Отдай чемодан! Отдай, тебе говорят! Отдай! Держите вора!
Воришка бросил чемодан, нырнул в толпу, которая вытекала на перрон из прибывшего поезда, и бесследно исчез.
Тетка схватила свой чемодан, погрозила вслед вору кулаком и вернулась на прежнее место.
А я снова взглянула на часы.
Девять сорок пять.
Да что же это такое… велели мне ни в коем случае не опаздывать, говорили, насколько все серьезно, а сам…
Я снова — который уже раз — огляделась.
На вокзале царила обычная вокзальная суета, люди спешили на посадку, другие выходили в город. Таксисты-частники ловили клиентов. Один из этих таксистов показался мне подозрительным — он только ходил взад-вперед по перрону, не подходя ни к кому из пассажиров, не предлагая свои услуги…
Но тут среди толпы прибывших появился самоуверенный господин в кашемировом пальто, без чемодана, с одним только дорогим винтажным портфельчиком в руке. В толпе суетливых, озабоченных пассажиров он выглядел как акула среди стаи рыб-прилипал.
И тут подозрительный таксист оживился, бросился через толпу к кашемировому господину, деликатно подхватил его под локоток и что-то заискивающе залопотал.
Все понятно, он ждал крупную рыбу, не желая размениваться на вокзальную мелюзгу…
Я снова взглянула на часы.
Десять ноль две.
И снова я почувствовала спиной пристальный, неотступный взгляд…
Нет, больше ждать невозможно!
И все-таки я снова посмотрела на часы. Все сроки прошли. Свекровь сказала, что Михаил будет ждать меня у поезда, но поезд давно ушел. Михаила в нем не было, он не мог пройти мимо меня, он знал, что я его жду.
Что-то случилось. Его что-то задержало. Я вытащила телефон, хоть свекровь и велела мне не звонить мужу. Чужой голос ответил, что телефон выключен или абонент находится вне доступа сети. Ну ясно, ему она тоже велела выключить телефон.
Я перехватила внимательный взгляд мужчины в грязноватой куртке. С виду самый настоящий бомж, каких полно на вокзале, а взгляд слишком цепкий. Он почувствовал, видно, мое настроение, надвинул поглубже кепку и отвернулся. Но, что характерно, не ушел. Значит, пора уходить мне, а то поздно будет.
Я подхватила нетяжелую сумку, еще раз обвела взглядом зал ожидания и пошла к выходу, стараясь не торопиться. Бегущий человек вызывает подозрения, говорила свекровь, хотя на вокзале многие бегут, такое уж место.
Скользнув взглядом по витрине небольшого магазинчика, где продавались напитки, чипсы, батончики и тому подобные мелочи, я увидела, что тот тип в грязной куртке звонит кому-то по телефону. Даже отсюда было видно, что мобильник дорогой. Ага, у бомжа-то…
Сердце у меня замерло. Неужели это они…
Только не паниковать. И не бежать сломя голову. Я остановилась, как будто что-то вспомнив, и свернула в боковой коридорчик, который вел к туалетам. В женском туалете копошилась уборщица — нестарая тетка в синем платке, повязанном кверху концами, так что получались как бы кокетливые рожки.
— Закрыто! — злорадно крикнула она. — Закрыто на уборку!
Я молча вытащила тысячную купюру и помахала ею в воздухе.
— Ладно, — буркнула она, — заходи уж…
И протянула руку, но я спрятала купюру в карман.
— Мне не туда, мне наружу выйти незаметно.
— Чего? — Тетка постепенно набирала обороты. — Наружу? А может, ты воровка, сперла чего, а я тебя покрывать стану? Да я сейчас полицию крикну, у меня тут все знакомые!
Я молча развернулась и пошла прочь. Но не сделала и двух шагов, как тетка деловито сказала мне в спину:
— Не тыща, а три!
— Две! — Я достала две купюры. — Две — или я ухожу! Другой выход найду, ты не одна тут такая…
— Ладно. — Тетка подошла ближе и потянула меня в темный конец коридорчика, где открыла небольшую дверцу. Она выходила во двор, заваленный всяким мусором — ржавыми железяками непонятного назначения, ломаными ящиками, раскисшими картонными коробками. Я с трудом пролезла мимо этих куч и нашла в заборе калитку, вышла на улицу и побежала к дому.
Город у нас не то чтобы большой, но и не совсем маленький. Из общественного транспорта ходят только автобусы. Но я живу в нем с самого детства, поэтому знаю все ходы и выходы, так что всегда могу срезать где надо.
