Всерьёз обеспокоенная Алеандр, наплевав на гордость и страх, попыталась подобраться ближе к рингу, расталкивая галдящих зевак и безжалостно оттаптывая ноги особо хамованым и крикливым. Несколько раз чужие локти проходились и по её щуплым бокам, но тут уж в дело шли острые девичьи коленки и непревзойдённое замковое упорство, позволявшее ученикам пробиваться в бесконечных очередях в столовую. Валент поднырнув под рукой у своего последнего препятствия, почти впечаталась носом в перегородку, даже забыв как следует возмутиться по поводу хамского удара в спину.
— Мать моя женщина, — только и смогла пробормотать девушка, глядя на то, как чародей с азартом и неким садистским удовольствием избивает зажатого вместо оградой и треклятым колоколом парня.
Вот Котовский сделал ложный выпад, играя на публику, что алчно потирала руки предчувствуя наживу и криками подбадривала на расправу, едва не визжа: Mortor по древнему обычаю. Как и было задумано, вор рефлекторно дёрнулся в сторону, где резкий удар снизу явно поставленный и неоднократно отточенный настиг его челюсть с мерзких похрустывающим звуком. Худое тело до этого весьма неплохо уворачивающееся, как подломленное, рухнуло на грязные доски.
— Вии-и-иль, — взвизгнула Эл, разом заглушая вопли толпы и даже рычание дракона, если бы они ещё вымерли до этого момента, — Не вздумай дохнуть!
Девушка, забыв об оставленной в комнате травницкой сумке, резво подскочила на помост, несясь к упавшему, как умрун на свежую кровь.
— Куда? — её ловко перехватили за талию и сдёрнули обратно, прижимая к мощной груди, как взбесившуюся кошку.
— Но там же, там… — залепетала растерявшаяся Алеандр, бессильно дрыгая ногами в воздухе. — Его же убьют!
— Ничего ему не сделается, — даже слишком миролюбиво проворковал, подхвативший её мужик, только что по голове не погладил, как дитя неразумное.
Он оказался прав, хотя, пожалуй, кроме него об этом мог догадаться только сам Снежев и то путём диагностирования организма. Валент только ахнула, когда вор исхитрился ловко, почти по-змеиному выскользнул из-под добивающего удара. Котовский слегка ошарашенно глянул на собственный рассаженный в кровь кулак, но быстро сориентировался, разворачиваясь к противнику и принимая стойку. Виль неловко стёр с подбородка кровь, проверил сохранность зубов и насмешливо сплюнул, словно это он, а не его только что знатно поколотили.
— Видишь, — зашептали над ухом обескураженной травницы, — ничего не случилось. Он приценивался. Опыт точно есть, пусть и не мастеровой. Блоки ставил умело, а вот последний позорно пропустил, устал с непривычки, доходяга.
Алеандр недовольно оглянулась на держащего. Не сказать, что её сильно нервировали чужие руки на талии, но как все невысокие, лишнее напоминание о своём неказистом росте она не переносила. Высокий просто огромный мужчина, пытавшийся ранее оттащить двух пьяноватых чародеев, задорно подмигнул своей ноше и указал пальцем на дерущихся:
— Смотри, какая стойка динамичная. Сейчас в подвижную оборону опять уйдёт.
Неизвестный чародей (другой бы их так таскать не решился бы) оказался прав: Виль попыток нападать не предпринимал, только разок отвесил противнику качественного пенделя для поддержания азарта. Котовский и без того был готов рвать и метать. Не до конца сошедший хмель, не позволял оценить противника, а неудачная расправа, бесила ущемлённое самолюбие кулачного бойца. Чародей уже не пытался рисоваться точными и грамотно поставленными ударами, он стремился бить и бить на пике силы.
— Он, он же его нахрапом сейчас размажет!
— Вряд ли, — странный чародей посадил девушку на край помоста, предусмотрительно придерживая за плечи, волнуясь то ли за её сохранность, то ли за безопасность борцов. — Они почти в одной весовой категории, хотя физическая подготовка разнится. Твой дружок порасторопнее и злее будет.
Валент непонимающе нахмурилась: что-то явной злости в Виле, который за всё это время ударил соперника раза два-три, она не заметила. Вот от противника ярость исходила отчётливая, только что искры не сыпались. Видимо, парень всё же не к огненным относился.
— Глянь, как угол чует! — вполне искренне восхитился мужчина и с азартом заорал: — Бей его, балбеса!
Виль, словно послушав его, извернулся из-под удара и крепко приложил Котовского по почкам, щедро размазывая по красивому корпусу собственную и чужую кровь с обмотанных тряпкой кулаков. Молодой человек болезненно дёрнулся и бездарно смазал следующий удар.
— Ты вообще на чьей стороне? — подозрительно прищурилась Эл, прожигая собеседника очень серьёзным, по её мнению, взглядом.
— На учительской, — хмыкнул одному ему понятной шутке чародей. — У меня этот обормот на летней практике приписан.
— А ничего, что практика у боевиков уже неделю как закончилась? — не унималась Алеандр, понимая, что паранойя духовника оказалась на диво заразной.
— А ничего, что у тебя моя рубашка? — парировал мужчина, мгновенно растеряв всё своё панибратство.
