- А я поехал на Северный вокзал, и ждал там. Если бы не случайность, опоздал бы.
- На такси тут быстро, - возразила проводница.
Пассажир опять рассмеялся.
- Я с группой из Гамбурга. Детей везу в Москву. Один совсем замотался. Но в Москве нас атташе по культуре встретит...
Он засуетился и посмотрел на часы.
- О! Не успею всех довести, им ведь все дай посмотреть, дети... - Он с мольбой взглянул на проводницу. - Вы не поможете? Я естественно все оплачу, вашу помощь... атташе будет очень благодарен...
Девушка с сомнением посмотрела в середину поезда. Начальника видно было. Да и немец ей определенно понравился.
Вообще то правилами категорически запрещено отлучаться, но она подумала, что начальник поезда будет даже рад, если она поможет детишкам.
- Хорошо, пойдемте. Где они, ваши ребята? - Она закрыла вагон и посмотрела на соседний . Проводница оттуда еще не вышла.
- Там, внизу...
- На автостанции?
- Да, я помню, но не знаю, как это называется. Они прошли через знание вокзала и вышли в город. Уже стемнело. Девушка поежилась.
- Далеко они стоят? А то мы можем не успеть...
- Нет, уже близко. За углом.
Они вошли в темную аллею, ведущую к автовокзалу. Ни один человек не рисковал сюда заходить. Под ногами расплескивались лужи, перемешанные с мокрыми листьями.
- Мы уже пришли, - сказал Макс и когда она в недоумении подернулась, зажал ей рот и нос тряпкой, пропитанной чем-то вонючим. Проводница дернулась и тут же обмякла. Макс оттащил ее в кусты и опустил на землю.
Потом он побежал на остановку такси. Несколько одиноких машин безнадежно светили зелеными огоньками. Макс подошел к одной из них.
- Куда едем? - высунулась голова таксиста. Он был молод, наверное, двадцать два, двадцать три года. Длинная челка спадала на лицо.
"Такой вопросы задавать не будет", - решил Макс.
- У меня жена там, - взволнованно сказал он. - Ей плохо, надо быстрее в больницу.
Не меняя сонного выражения лица, таксист произнес:
- Сперва деньги, парень. Это будет стоить тридцатник.
- Я дам тебе пятьдесят, помоги ее донести, - умоляюще попросил Макс. Таксист с сомнением посмотрел на него, но когда Макс вынул из кармана полтинник, сразу же преобразился.
Взяв деньги, он живо вылез из машины.
- Давай, приятель, где она?
- Там, - показал Макс. Через три минуты они погрузили ее в машину.
- Что с ней? - полюбопытствовал шофер.
- Сахарный диабет, а инсулин закончился. Надо быстрее! - Макс понимал, что поиски начнутся немедленно.
- Куда едем?
Макс назвал адрес и таксист, заметно превышая скорость, покатил по пустынным улицам.
Они остановились за несколько домов от нужного. Машина уехала. Проводница начала приходить в себя и тихо постанывала.
Скоро она очнется и могут быть неприятности, - подумал Макс. Он достал шприц, наполнил его из маленького флакончика и закатав рукав, медленно нажал на поршень. Через минуту подействует.
Действительно, через некоторое время она пришла в сознание, если это можно было так назвать. Ее красивые глаза заволокла мутная дымка.
- Ты можешь идти? - спросил ее Макс.
- Да, - медленно ответила она.
Макс поднял ее на ноги и потащил к черному входу.
- Как красиво, - сказала она, глядя куда-то в пустоту. - столько огней и небо все - зеленое... где мы?
- В Москве, - ответил Макс. - Пойдем быстрее, нас ждут.
Но быстрее она не могла. Озираясь по сторонам, девушка постанывала от восторга.
"Хорошо, что на улицах никого нет", - подумал Макс.
Глава 18.
Утренний наст затянул асфальт в скользкий серебряный щит. По последним сводкам число аварий на дорогах резко возросло, чуть ли не на сто процентов. Имелись жертвы.
Василий переоделся в гражданский костюм, начинающий отдавать нафталином, натянул недавно купленную зимнюю куртку - пуховик без единой пушинки и вышел на оживленную улицу перед общежитием.
На остановке, экономя остатки домашнего тепла и мужества, толпился народ в ожидании какого-нибудь транспорта. Как назло, дул пронзительный северный ветер, завывая в ветвях обледеневших деревьев. Серое небо с примесями дождя или снега хмуро перестраивало ряды едва видневшихся облаков.
Василий скептически оглядел мерзнущих людей и быстрым шагом пошел по тротуару, огибая глянец покрытых грязью и льдом луж.
Прошло ровно полчаса с того момента, как он покинул общежитие и поднялся на четвертый этаж большого административного здания в центре города, окруженное черным частоколом железного забора и вмещающее в себя сотни две различных контор.
На вахте его остановила щупленькая старушенция с хитрыми бегающими глазками, облаченная в синий, чуть ли не до пола длинный халат. Пока он подробно не объяснил, куда, к кому и зачем направляется, она стояла перед ним, как ракетоносец "Петр Великий", полная решимости при случае дать достойный отпор. Ее снисходительность пришлось купить за пятьсот рублей. Столько стоил одноразовый пропуск.
В фойе первого этажа виднелись два лифта, но Василий предпочел ступеньки. Поднявшись на четвертый этаж, он увидел массивную черную дверь с белой табличкой. На ней было что-то написано по-английски, и, хотя он не изучал этот язык, сразу понял, что попал по адресу.
