Раздался звонок, привлёкший его внимание к реальности, и он взял трубку. Но сейчас Кей был не в состоянии понять смысл слов на другом конце провода. Информация не улавливалась совсем.
— У меня сын родился, — улучшив момент, произнёс он.
— Ааа… — растерянно произнесли в трубку. — Поздравляю! И извини. Я попозже позвоню.
Агнесса проснулась ближе к вечеру, но всё ещё чувствовала себя очень уставшей, но счастливой. Увидев её пробуждение, врач принесла ей ребёнка и она впервые взяла его на руки. Осторожно, боясь уронить и удивляясь такому маленькому крохотному существу. Это действительно было чудо: выносить его, родить, а теперь держать на руках маленького человечка.
— Кирилл… — улыбаясь, произнесла Агнесса, когда ребёнок нашёл грудь и принялся сосать её. — Кир Меликов-Лиарават. Ох, и натворишь же ты дел в Содружестве!
Через неделю Агнессу выписали. Кей устроил пышную встречу из роддома, пригласив оператора и фотографа. По этому случаю из других миров прибыли их друзья и его семья. Последние на празднике в их доме задержались всего на пару часов, а потом поспешили ретироваться. Зато обе бабушки долго не могли отойти от внука. Для матери Кея это был первый, и она была особенно счастлива. Она не могла не отметить тот факт, что малыш — вылитый Кей в детстве, только глаза мамины.
Первый месяц было особенно непривычным и трудным. Иногда Агнесса ловила себя на мысли, что если бы не Кей, она бы питалась только чаем с галетным печеньем. Кей помогал ей во всём: готовил, убирал, периодически сидел с ребёнком, давая Агнессе пару часов отдыха.
Первый зубик, первые попытки ползать, первые звуки и первые улыбки. Кей и Агнесса так увлеклись заботой о ребёнке, что не сразу заметили, что между ними что-то не так. Робкость, недоговорённость и напряжение висели в воздухе, лишь осложняя всё происходящее между ними. Возможно, дело было в том, что они не спешили признавать, что чувства есть. Хотели убедиться, что им не привиделось, и они не путают любовь с чем-то другим. А ещё они до конца, видимо, не верили, что это всё же случилось. К тому же, каждый не хотел обидеть чувствами другого, на случай, если тот ничего не чувствует. С каждым днём всё тяжелее было не любоваться на человека рядом и не быть при этом пойманным с поличным, случайно не заснуть в когда-то бывшей комнате, рядом с женой и кроваткой малыша, залезть в тарелку мужа и внаглую стащить оттуда самый лакомый кусочек. И так, конечно, вкусней, потому что обалдевающая реакция Кея бесценна!
Агнесса аккуратно закрывала дверь в комнату, где спал шестимесячный Кирилл, оставляя лишь полоску света, когда почувствовала рядом Кея. Ей даже не надо было оборачиваться, чтобы понять, что Кей навис над ней. Её учащённое сердцебиение сказало ей об этом.
— Кир заснул? — поинтересовался Кей. Агнесса обернулась и оказалась зажата между Кеем и дверью.
— Да, два или три часа отдыха у нас есть, — неловко улыбаясь, произнесла она.
В длинных шортах, футболке, с взлохмаченными волосами Кей был такой тёплый и домашний, что хотелось немедленно заключить его в объятия и целовать-целовать-целовать.
— Хорошо, — ответил он, убирая руку и отстраняясь.
Повисла неловкая пауза.
— Хочешь перекусить? — выскользнула из темноты коридора она, направляясь на кухню. Кей немного растерянно посмотрел ей вслед.
— Можно… — протянул он.
Впервые нечто похожее на запах любви, исходящий от Агнессы, он почувствовал где-то месяц назад. Однако последние две недели он превратился в дикую смесь чувств и желания. И ему всё тяжелее было сдерживаться в ответ. Ведь подача в этот раз была за ней. Нельзя сказать, что она этого не понимала. Но почему-то медлила. Может, ждала, пока чувства накроют её с головой, чтобы уж точно не сомневаться? Её запах сводил его с ума. Вторую неделю он пил противозачаточные таблетки. На всякий случай.
Кей зашёл на кухню и устроился на диване. А на столе тем временем последовательно появились листья салата, какая-то смесь с креветками и красная рыба. Достав всё необходимое, Агнесса странно посмотрела на Кея.
— Нам надо купить Киру вещи на вырост. Старые ему уже малы. Скоро ходить будем не в чем, — заметил он.
— Угу, — Агнесса стала аккуратно нарезать рыбу тоненькими кусочками. — Съездим в магазин на выходных.
Она взяла кусочек рыбы, добавила туда смесь с креветками, петрушку и завернула в листок салата. Несколько мгновений смотрела на Кея, решаясь, а потом, присев на стул рядом, поднесла зелёный мешочек к его рту.
Кей опешил. Ему потребовалось целых тридцать секунд, чтобы понять смысл происходящего. Растерянность, ступор, непонимание сменили радость, шок, неверие и нежность в глазах. Он взял из рук Агнессы еду, не сводя с неё глаз.
— Теперь твоя очередь, — вернула его к реальности фраза Агнессы.
