— Я никогда не думал, что способен на глубокие чувства. Но когда Корд попал в аварию, я понял, что это не так. — Он вздохнул и поднял голову, чтобы посмотреть в лицо Натали. — А когда ты пришла в больницу и села возле меня, не говоря ни слова, а только дотронулась, чтобы я знал, что ты здесь, рядом и готова прийти мне на помощь, если понадобится, я почувствовал себя самым большим ничтожеством на земле. Я понял, почему Корд шептал имя своей жены, когда я вытаскивал его из разбитого самолета. Ты была мне так нужна — и вот ты пришла.
— А Дейрдра? — тихо спросила Натали.
Он заглянул в глубину ее сияющих глаз.
— Я ни разу не виделся с ней, кроме как тогда на ранчо и в больнице. Я не хотел ее видеть. Мне гораздо больше нравилось приручать мою непокорную жену.
Натали нежно поцеловала его в губы.
— Я тебя люблю.
Коултер смотрел на нее с любовью. От былого высокомерия и отчужденности не осталось и следа.
— Тебе придется многому научить меня, — сказал Коултер с виноватой улыбкой. — Я еще не знаю, что значит быть мужем и отцом. Мне хочется узнать получше свою дочь. Это моя вина, что она так застенчива и не уверена в себе. Теперь я знаю, какая это пытка, когда тот, кого ты любишь, равнодушен к тебе.
— Милый, это же совсем нетрудно, — шептала Натали. — Надо просто, чтобы Мисси почувствовала, что мы все любим друг друга.
— И Рики тоже, — мягко заметил Коултер.
На его мужественном лице появилась мечтательная улыбка, и, почти касаясь губами ее рта, он добавил: — И всех других детей, которые у нас будут.
