— Проснулась? — я слышу шёпот и приоткрываю глаза, тут же моргаю, словно увидела привидение.
— А...как...я...черт, — бессвязно бормочу я, а Ник
улыбается на мою речь. Воспоминания возвращаются, и я
понимаю, что он привёз меня к себе, и сейчас я лежу в
одном белье под одеялом на его супер кровати, а он
растянулся рядом на нём. За окном темно и только мягкий
свет вокруг, как и вчера создаёт атмосферу интимности.
— Как чувствуешь себя? — интересуется он.
— Лучше, — медленно отвечаю я, прислушиваясь к
своему организму.
— Больше так не делай, — уже серьёзно говорит он, и
я киваю, осторожно улыбаясь.
— Прости, что оторвала тебя от сессии. Ты же там
был?
— Нет, я был у Райли.
— Перемыли мне косточки?
— Ещё как, а особенно за то, как ты красноречиво мне
отвечала, — он напоминает о том, как мне было плохо.
Я просто накрываюсь с головой одеялом, чтобы хоть
как-то побороть стыд. А мне ужасно стыдно за это, да и
вообще за все. Но лёд пронизывает сердце, я ведь
нахожусь недалёко от этих вещей, которые кому-то
предназначены. Ничего не могу сделать со своими
мыслями на этот счёт, они просто съедают мой мозг, словно ядовитые червяки.
— Мишель, выползай. Я слышал и видел не такое. Но
это было интересно, если считать, что Анастейшу рвало
перед Греем, то я это только внимал через трубку. Мне
повезло, — он смеётся, и я тоже начинаю улыбаться.
Меня удивляет он снова, вместо того, чтобы скривиться
или высказать насколько это отвратительно, он ещё
ободряет меня.
— Крошка, ты там задохнёшься, — Ник срывает с
моего покрасневшего лица от жары и не комфортности
ситуации одеяло и продолжает тихо смеяться.
— Я могу у тебя кое-что спросить? — я сглатываю от
будущего вопроса.
— Спрашивай, — кивает он.
— Только не злись. Если не захочешь отвечать...
— Я тебя слушаю, — перебивает он и переворачивает
меня на спину, устраиваясь на мне сверху, как утром.
— Удобно?
— Переживу, — серьёзно произношу я.
— Говори.
— Ну в общем...я была в ванной и...я очень
любопытная, знаю, просто до жути, — я вздыхаю, а Ник
выгибает бровь, ожидая продолжения. — Короче, чья эта
одежда в твоей гардеробной? Ты любил кого-то? А я на
неё похожа, поэтому ты решил, что я это она и теперь
хочешь, воскресить её? Прости, я любопытная очень, я
это уже говорила, да? Боже, не смотри на меня так, чувствую себя идиоткой.
Я выпаливаю вопросы и свои умозаключения на
одном дыхании и жмурюсь, ожидая применения силы, крики, ну или что он там ещё умеет. Но то, что он
начинает смеяться, меня вводит в ступор, и я открываю
глаза, смотря, как Ник утыкается мне в шею, и его тело
сотрясается от хохота.
— Это первая реакция, дальше ты будешь орать? — я
пытаюсь отстраниться, чтобы посмотреть на него. Ник, все ещё смеясь, поднимает голову и качает ей.
— Я говорил тебе, что ты забавная? — немного
успокоившись, спрашивает он.
— Да, как мартышка, — признаю своё родство с
обезьянами.
— Лучше, крошка. Пошли, — он спрыгивает с меня и
подаёт мне руку.
— Я голая, — напоминаю я ему.
— Мишель, открою секрет: я видел тебя совсем голую, знаю твою интимную причёску, что у тебя есть пирсинг, который ты вынешь в будущем, и то, как ты течёшь под
моими руками. Пошли, — он хватает меня за руку и
вытаскивает из постели, пока я открываю и раскрываю
рот, чтобы хоть как-то возразить, но ничего на ум не
приходит.
— Не больно ходить? — другой рукой он обнимает
меня за талию, и это вызывает просто табун мурашек, пролетевших по позвоночнику.
— Нет, — мотаю я головой.
Он отстраняется и идёт к ванной комнате, ведя меня
за собой, затем открывает дверь гардеробной и заводит
меня в освещённое пространство.
Сам он останавливается в дверях и облокачивается о
косяк, складывая руки на груди.
— Это все твоё, — ошарашивает он меня, что я
невольно приоткрываю рот.
— Моё? — переспрашиваю я.
— Да, как только я тебя отвёз домой с той вечеринки, я уже решил, что ты будешь со мной и заказал для тебя
одежду. Тебе же надо во что-то переодеваться пока ты у
меня. И конечно, как я и обещал тысячи комплектов, хотя
тут всего сто, но мы это поправим, — он подходит к
знакомому комоду и открывает первый ящик, указывая на
нижнее белье.
— Но... Но зачем? Я...у меня есть одежда, и я не
бедная студентка, — непонимающе произношу я.
— Потому что хочу, — пожимает он плечами.
— И ты будешь наряжать меня как куклу и
демонстрировать всем вокруг? — с горечью спрашиваю я.
Эта ситуация напоминает мне множество других, когда
отец выряжал меня и брал с собой, чтобы продать
подороже, как ценный экспонат. И это настолько
неприятно, что ноги подкашиваются, и я сажусь на
диванчик, закрывая лицо руками, волосы падают вперёд, а я жмурюсь.
— Крошка, в чём проблема? — Ник прислуживается
на корточки рядом со мной и раскрывает мои руки.
— Ты решил меня купить? Я помню, что ты говорил в
ресторане, про то, что удары покроются дорогими
подарками, — я стараюсь не смотреть на него и опускаю
глаза.
— Господи, это и есть ваша долбанная женская
логика? — он выдыхает и сжимает мои руки, поглаживая
большими пальцами подушечки ладоней.
— Крошка, я не буду тебя бить без твоего согласия. Я
просто хочу, чтобы ты чувствовала себя комфортно у
