проходятся по клитору, и он запульсировал под его
действиями.
— О, быстрее, — прошу я и дверцы лифта
раскрываются.
Ник возвращается к моим губам, и я отвечаю на его
поцелуй, с каждой секундой разгораясь сильнее. Моя
накидка летит в сторону, я не могу расстегнуть его
пуговицы, и хочу разорвать их, пока он, прижав меня к
стене, возле лифта, кусает мои губы до крови, заставляя меня дрожать и всхлипывать.
— А я думала, показалось ли мне это. Оказывается, нет. Но я бы предпочла не смотреть на очередную
порно сцену с моим братом, — за спиной Ника
раздаётся наполненный отвращением голос, и я
замираю, как и Ник. Мои глаза распахиваются, а весь
романтический настрой моментально исчезает. Ник
резко поворачивается, и я выглядываю из-за его
спины, видя Люси в вечернем золотистом платье, облокатившуюся о стену.
— Какого черта ты тут забыла? — зло спрашивает
Ник, делая шаг к ней, но я успеваю схватить его за
руку, чтобы не дай бог, не случилось чего хуже.
— В гости приехала, пришлось ехать быстро, чтобы
застать вас до всего этого безобразия. Знаешь, мне
это надоело. Как долго ты будешь жить в этой
иллюзии, Николас? Поцелуи? Серьёзно? Я, когда
увидела это, хотела долбануть тебя чем-то тяжёлым!
Ты совсем рехнулся? — она уже повышает голос, даже не скрывая ненависть ко мне.
— Пошла вон отсюда, Люси. Не зли меня ещё больше, чем ты уже сделала. Не твоё дело, кого я целую и
целую ли вообще. Ты перешла все границы, — дрожащая в его голосе ярость заставляет меня сжать
его локоть крепче.
— Неужели, ты, Мишель, волшебница? — ядовито
интересуется она, пропуская слова Ника мимо ушей.
— Люси, тебе лучше уйти, — твёрдо говорю я, чувствуя, что ещё немного и Ник сорвётся на свою
сестру. Но как бы она мне ни нравилась, это допустить
не могу.
— Конечно, я уйду, но сначала я хочу, чтобы этот весь
фарс закончился. Что будет с ней, когда она узнает, кто ты, а, Николас? Останется ли она с тобой или с
твоими деньгами? Хотя, сможет заработать немало на
продолжении истории про «Красавицу и Чудовище».
Боишься, Николас, открыть все карты, открыть душу, когда позволил ей единственное, что тебя отличало от
обычного мужлана, причиняющего боль?
— Заткнись и проваливай отсюда! — Ник делает
движение вперёд, но я упираюсь ногами в пол, хватая
его второй рукой.
— Люси, уходи, это ты прекрати спектакль. Что ты
хочешь? Хочешь испортить вечер? Так ты его не
испортишь, потому что как только ты свалишь отсюда, так мы забудем о тебе. Уходи, ты никому хуже не
сделаешь, кроме себя, — быстро говорю я, умоляя
глазами Ника, не поддаваться. Но он не
поворачивается в мою сторону, они с сестрой смотрят
друг на друга.
— Ты не можешь так со мной поступить. После того, что я для тебя сделал. Как поддерживал все время, что дал тебе и твоей семье. Не смей, Люси, не смей
это делать. Не с ней, ты не знаешь ничего о ней. Не
надо, — тихо и настолько ранимо произносит Ник, что
я совсем сбиваюсь с понимания, что происходит.
— Братик, я ведь хочу показать тебе, что она не
достойна тебя. Чтобы быть рядом, чтобы ты дарил
девушке то, что ты делаешь для неё, она должна знать
все о тебе. Буквально все. Ты обезопасил себя
полностью, она подписала бумагу, и ничего тебе не
грозит. Но ты сам не знаешь её. А ты целуешь её, целуешь и оберегаешь. Она этого не заслуживает. Она
не заслуживает твоего доверия и поцелуев! Ради неё?
Ты все разрушил ради неё?! И я покажу тебе сейчас
это, насколько ты ошибался. Прости меня, но это
единственный способ привести тебя в чувство.
— Люси...
— Мишель, раз ты обладаешь такой магией, что
смогла снять проклятье с Чудовища и вернуть для
него радость поцелуев. Но вот Чудовище никуда не
испарится, потому что это живёт в нём. А хватит ли
твоего волшебства, чтобы снять с него убийство? — её быстро произнесённые слова зависают в воздухе, и
я перевожу взгляд на Ника, резко побледневшего.
— Что? Что за чушь? — переспрашиваю я.
— Пошла вон отсюда! — Ник кричит так громко, что я
вздрагиваю, как и Люси. Он вырывает свою руку из
моих.
— Закрой рот! Я придушу тебя! — Ник наступает на
неё.
— Он убил нашего отца! Вот и закончилась твоя
сказка, Мишель! — выкрикивает Люси, отскакивая от
Ника и останавливаясь рядом со мной, и все вокруг
меня останавливается.
Я ловлю воздух ртом, но его так отчаянно не хватает.
Fifth
— Пошла вон! Пошла на хрен отсюда! — орёт Ник, наступая на Люси, но врезается в меня, что я качаюсь, до сих пор переваривая её слова, но они не
укладываются в голове. Просто не принимаю их, и не
могу дышать. Господи, как душно.
— Крошка, — Ник подхватывает меня за талию, не
давая упасть.
— Ты должен был сам ей об этом сказать, — говорит
Люси.
— Уходи, уходи отсюда и забудь навсегда, что у тебя
был брат. Убирайся из моей квартиры, убирайся. Ты
не имела права, ты предала меня, пошла отсюда, — отвечает Ник, и я слышу в его голосе явно сквозившую
боль, и жмурюсь, тряся головой.
— Ты ещё пожалеешь...
— Уже жалею. Благодари Мишель за то, что я
полноценно не стану убийцей и не придушу тебя
сейчас. Потому что она мне важнее, чем ты. Ещё
минута, и я вызываю охрану, — Ник крепче
прижимается меня к себе, ведя меняв гостиную.
А в моей голове только бьётся одно слово: «убил».
