заявления об отчислении.
— Нет, я не прощаю тебя, — без предисловий
отвечаю я и наращиваю темп.
Сара не отвечала на сообщения, и я поехала в
ближайший парк, чтобы стать самой собой.
Припарковавшись, я достала из багажника фотоаппарат и
просто пошла по тропинке. Я искала успокоения в
фотографиях, которые делала. Я снимала обычных
незнакомых мне людей, и это радовало меня: искренние
улыбки, счастье, задумчивость, — всё было живым. Мои
пальцы уже замёрзли и дневной свет сходил на нет. Я
поехала домой, а там дежавю. Сестра вернулась из
школы и делала уроки у себя, я ужинала, вечером
принесли новый букет с извинениями, карточку я успешно
выбросила.
С каждым днём моя жизнь становилась скучной и
бесцветной, как мои фотографии. Люк пытался
извиняться, Ник исчез, Сара бегала на свидания, забывая
обо мне, и я осталась одна. Одиночество губительное
состояние, оно приводит в панику, и ты начинаешь
сдавать позиции, потому что страх сковывает тебя и не
даёт дышать. Чувство ненужности снова поселилось в
груди, как и три года назад. Мысли о том, что ты
совершенно бесполезный элемент на этой планете
приходят чаще и чаще. Это убивает душу, она требует
эмоций, требует движения, но ты застыла.
— Миша, мне срочно нужна твоя помощь, — после пар
Сара выволакивает меня из аудитории и тащит по
коридору к выходу.
— В чём? — удивляюсь я.
— Мне нужно платье, шикарное и чтоб от него
захватывало дух у мужчин, — выпаливает она и её
голубые глаза горят от возбуждения.
— Ты кого-то встретила, — догадываюсь я, и она
кивает.
— Кто это? — допытываюсь я.
— Он такой...такой невероятный, что я не могу думать
ни о ком больше. Мы встретились в супермаркете, и вот
уже всю неделю обедали вместе, а в субботу, то есть
завтра, он пригласил меня на ужин. У меня в планах
переспать с ним, я очень хочу его. Да и по нему вижу, что
я ему нравилась, — выкладывает подруга.
— Мда, — хихикаю я, разблокировав машину. — Садись, извращенка, поедем искать подходящий наряд, чтобы сбить твоего принца с ног прямо тебе в рот.
— Лучше в другое место, но рот тоже неплохо, — соглашается она, и мы смеёмся над пошлостью нашего
мышления.
Я завидую Саре, она такая лёгкая на подъем, открытая и весёлая, что любой мужчина будет рад быть с
ней. А я? Я другая, полная противоречий, своего
скверного характера и...неготовая забыть Ника. Я не могу
отпустить ни его образ, ни его голос, ни его правду из
головы, постоянно думая и порываясь позвонить, узнать
больше. Но обрываю себя на том, что мы разные и
никогда у нас не будет точек соприкосновения.
— Зовут-то как твоего принца? — интересуюсь я на
кассе, после трёхчасового хождения по магазинам.
— Ну...я пока не хочу говорить, как только у нас все
будет стабильно, то познакомлю, — мнётся она.
— Ладно, — тяну я, и мы выходим из бутика.
Я отвожу подругу домой и требую полного отчёта в
воскресенье, она просто порхает, и я вижу, что она
влюблена. Прекрасное состояние для
девятнадцатилетней девушки и я снова ловлю себя на
мысли о том, что завидую. Она не скрывает своих эмоций, отдаётся им полностью и это...для меня табу.
— Мишель, к вам посетитель, — в мою спальню
входит Лидия, и я резко откладываю конспекты и
проношусь вихрем мимо неё.
Ник! Он пришёл! Сам пришёл!
Моё сердце от неожиданной радости стучит также
быстро, как я спускаюсь вниз по лестнице. Я вбегаю в
гостиную с улыбкой на губах, и она тает, когда я вижу
Люка с букетом роз.
— Что ты хочешь? — раздражённо спрашиваю я.
Глупая! Он забыл уже о тебе и вовсю развлекается со
своими рабынями. Дура!
— Миша, прости меня, пожалуйста, прости, — молит
он и опускается передо мной на колени.
— Встань, не надо этого, — я отвожу от него глаза, потому что мне неприятно видеть вот такое
представление. Мужчина должен опускать на одно колено
и только раз в жизни, когда делает предложение руки и
сердца. А это...это как-то не по-мужски.
Люк поднимается и отряхивает колени.
— У меня для тебя кое-что есть, — он нервно делает
ко мне шаг и откладывает букет на диван, доставая из
кармана джинс бархатную коробочку.
— Эм...Люк, это..., — я не нахожу слов, представляя
под крышечкой кольцо, которое я не готова принять.
— Просто подарок, я тебе их не делал никогда. Знаю, ты не просила, но я хочу, чтобы ты это приняла. Это от
чистого сердца, потому что я люблю тебя, я хочу быть с
тобой и...это от меня, — говорит он и открывает
коробочку, где на бархатной подушечке сверкают серьги в
форме сердца.
— Господи, — шепчу я, опешив от такого. — Это же
бриллианты, Люк! Откуда у тебя такие деньги?
— Миша, я работаю в хорошей компании и у меня
сейчас достаточно их, чтобы купить любимой обиженной
мной девушке подарок. Тебе не нравятся?
— Нравятся, но...ты же хотел откладывать деньги на
обучение? — изумляюсь я такому подарку.
— Я откладываю, но это...я увидел и сразу подумал о
тебе. Возьми, — он протягивает мне коробочку и
вкладывает в руки.
— Я не могу, лучше потратить их...
— Миша, пожалуйста, — тихо произносит он, и я
киваю, закрывая коробочку.
— Я знаю, что ты не простила меня, но я хочу
пригласить тебя на свидание. У нас и нормальных
свиданий в ресторане не было, где бы ты могла их
