узнала, в том числе, что мой парень лживый урод.
Скольким он ещё рассказал эти сказки? Я чувствую себя
испачканной, и хочется сорвать с себя всю одежду и
оттереть тело от взглядов Ника, его губ и рук. Но
понимаю, что в отличие от Люка он и, правда, был со
мной честен.
Для меня эта жизнь, которую показали на экране, просто
неприемлема. И дело не в том, что я осуждаю тех, кто
следует этому трактату. Это их выбор, но сейчас он
коснулся меня, и весь этот хаос принёс в мои
размеренные будни Ник. Чёрт, да, я осуждаю их! Они
ломают ценности, которым должны следовать!
Я не могу его ненавидеть, но ничего не могу поделать с
отвращением. Меня передёргивает, когда я представляю, как он наслаждается, издеваясь над девушками. А
последние, в свою очередь, больные на голову дуры, раз
позволяют такое к себе отношение.
— Мисс Пейн, мы на месте, — от нового взрыва в голове
меня отвлекает Майкл, и я поворачиваюсь к нему.
— Спасибо, — тихо говорю я, и первый раз на его лице
появляется подобие улыбки.
— А как вы доедете? — продолжаю я.
— Не волнуйтесь, я возьму такси, — он достаёт ключ и
вкладывает его в мои руки, выпрыгивая из машины и
открывая мне дверь.
— Всего доброго, — я прощаюсь и блокирую автомобиль.
— До встречи, мисс Пейн, будьте осторожны, — отвечает
он, и я хочу возразить на это, но замолкаю, потому что
мужчина уже удаляется от меня.
Elegant lashes
Я прорывалась сквозь студентов, сильно сжимая губы, чтобы не разорваться от внутреннего разряда немедля в
коридорах университета. Впереди уже виднелись двери в
спортзал, где у ребят проходила «сухая» тренировка
перед матчем. Рывком распахнув дверь, я вошла в уже
неприятно пахнущее пространство, где парни
отжимались, некоторые болтали, стоя в углу. Там же я
заметила Люка, смеющегося над шуткой Джейсона.
Первым меня, полную гнева, заметил как раз последний и
пихнул в плечо Люка, показывая головой на меня. Парень
тут же повернулся и расплылся в довольной улыбке, бросая что-то ребятам.
Я сжимала кулаки, пока он подходил ко мне и как
только поравнялся, я схватила его за мокрую майку и
потащила из спортзала.
— Миша?
— Заткнись, — прошипела я и толкнула его к стене.
— Что случилось? — недоумевал он, хлопая
светлыми ресницами.
— Что случилось? — передразнила я его. — А вот что.
Какого хрена ты, косолапый извращенец, рассказываешь
всяким мудакам о несуществующих актах полового
насилия с наручниками и разработанными глотками?
Совсем охренел?
— Я...я...откуда ты..., — мямлит он.
— Неважно откуда я узнала, — с отвращением ткнула
в него пальцем. — Так вот, Лукас, прежде чем
распыляться, подумай, что это за собой повлечёт. Я не
обычная девка, если до моего отца дойдут твои слова, то
я выложу всю правду, и пеняй на себя. А если ты хоть раз
подойдёшь ко мне, я твои яйца засуну в твою же глотку
для правдоподобности сексуального воздействия. И
думаю, ты понял, что между нами всё кончено! Баран
тупой!
Я резко развернулась и, все ещё пребывая в
состоянии горячего вулкана, понеслась на обед с
подругой. Люк даже не сделал попытки меня догнать и
объясниться, что точно подтвердило слова Ника. Грязно.
Все вокруг меня до мозга и костей извращены деньгами.
Отвратительно.
— Миша, — мне улыбается подруга, сидя за
небольшим столиком в нашей университетской столовой.
Я молча плюхнулась на стул и бросила сумку на пол, начав стучать ногтями по столу.
— Эм, я взяла тебе обед, — Сара пододвигает мне
поднос, и я сухо киваю.
— Рассказывай, — вздыхает она и берёт в руки
бутылочку минералки, делая глоток.
— Этот придурок рассказал своему боссу, что я с ним
трахаюсь. И трахаюсь жёстко, — в моём голосе клокотала
ярость, что я стискиваю зубы до скрипа.
— Не удивительно, — хмыкает она. — Он становится
импотентом со своим футболом, вот и придумывает
сказки, чтобы повысить свою значимость.
— А ты?
— Что я? — удивляется подруга.
— Ты пробовала жёсткий секс? — спрашиваю я.
— Хм...ну, в общем-то, да и он меня больше всего
заводит. Животная страсть, — она немного смущается и
опускает голову.
— С плётками? С наручниками? Как Грей? — уточняю
я и хмурюсь.
— Нет, плётки не пробовала, а вот наручники не так
плохо, — она мотает головой и неуверенно улыбается.
— Ясно, — отрезаю я и беру в руку пластмассовую
вилку.
— Какие планы? — интересуется она.
— Никаких. Учусь, а дальше...всё как обычно, — вздыхаю я.
— А мне надо в супермаркет. Уволила я к чертям
новую домработницу, она сожгла мою новую блузку. И
теперь придётся готовить самой, а ещё отец
возвращается, — делится она со мной, на что я киваю.
Я ковыряюсь в салате, понимая, что в меня вообще
ничего не полезет. Первый раз за всю свою жизнь я
потеряла аппетит, и виновник всё тот же самый. Целую
ночь я спала беспокойно, картинки, где Ник менялся на
Грея с кнутом, пытающимся меня поймать, сменялись его
нежными поцелуями и бархатным, магическим шепотом, зовущим меня упасть рядом с ним в его искажённую
реальность.
Я до сих пор пребывала в шоке от правды.
Вернувшись домой вчера, я ещё не представляла, что все
осознание настигнет меня внезапно под душем, и я чуть
не поскользнусь на мокром поддоне. В тот момент все
события встали на свои места, все почему и зачем
