— Это только начало, Мишель, — шепчет он мне в губы, его глаза чёрные, как неизведанная глубина океана, с
самыми потаёнными фантазиями. И это бьёт по моему
затылку, все желания, возбуждение рушатся, и я вижу, что он не зол, он сейчас тот, кем он мне открылся — садист. Я это даже не вижу, я это чувствую интуитивно.
— Что ты хочешь? — уже хнычу я, резко отрезвев и, поняв какую опасную игру, я вела до этого. Сейчас стоя
среди людей, двигающихся в такт музыке, без нижнего
белья, без своеобразной защиты, я просто запаниковала.
Я ещё ни разу в жизни не вела себя с таким открытым
вызовом и так вульгарно. У меня никогда не было такого
мужчины рядом, и на меня никто так не действовал. А он
задумал точно что-то нехорошее, потому что его пальцы
впились в мою талию, причиняя уже боль.
— Я прошу прощение за то, что ты думаешь, я сделала не
так. Я всё осознала, смирилась, покаялась. Только
отпусти меня, — торопливо говорю я, упираясь в его
грудь.
— Врёшь, Мишель, — тянет он и наслаждается как будто
страхом в моих глазах.
— Нет...нет, — мотаю я головой, ощущая, как кто-то
толкнул нас и моё тело впечаталось в его. Грудь тут же
среагировала и соски проснулись и окрепли. За что?!
— Да, крошка. Я хочу слышать от тебя только «да», — сексуально шепчет он, и его губы опускаются на мою
щеку.
— Ник, прошу тебя, — в последний раз шепчу я, сжимая
его свитер руками.
— Ты играешь со мной, — он двигается медленными
поцелуями к уху, а его рука опускается к полушариям
попы и сжимает одну ягодицу. Я чувствую, как нежная
ткань раздражает мою кожу, и жалобно вздыхаю, понимая, что не могу и не хочу отказывать ему...себе в
таком наказании. Я уже догадалась, что он задумал.
— Нет.
— Ты заводишь меня, — он кусает кожу на моей шее, что
я вздрагиваю от спазма неожиданности внизу живота.
— Чёрт, Мишель, я настолько увлечён тобой, — он
продолжает шептать ещё что-то, но оглушительная
музыка поглощает его слова, но действия не могут
поглотить, и я их чувствую так ярко, так громко, что
отдаюсь его рукам безоговорочно.
Он разворачивает меня к себе спиной и вжимает в свои
бедра. Между полушариями попы я ощущаю, насколько
он возбуждён и это приносит мне сладкую истому больше, некий даже триумф. Его руки ласкают мою талию, Ник
начинает двигаться, словно под медленную чувственную
музыку, тяня меня за собой. Я откидываю голову на его
плечо и закрываю глаза, растворяясь в ощущениях. И
становится неважно где мы, кто вокруг нас. Только он и я.
Его ладони опускаются по бёдрам вниз и лениво
возвращаются по внутренней стороне. Я задыхаюсь от
жжения между ними, там все настолько кипит, что я хочу
дотронуться до своей промежности, хочу довести себя до
оргазма. Сейчас. При нём.
Он большими пальцами очерчивает голую кожу, между
поясом и чулками, ведя руки на мою попу, сжимая её, то
раздвигая, и резко подаётся вперёд. Моя рука хватается
за его шею, выгнув тело, и я утыкаюсь носом в его щеку.
Я чувствую этот жар, что идёт от него и перестаю дышать, и в то же время кислород поступает в меня.
Он возвращается к массированию моих бёдер и теперь
ближе на обратном пути подбирается к моему клитору. Но
пропускает его и снова опускает руки, медленно ведя ими
вверх, под платье.
Мне хочется закричать, коснуться своей груди, потому что
она настолько отяжелела, требующая ласки.
— Ник, пожалуйста, — молю я его, закусывая губу.
— Что, пожалуйста, Мишель? — выдыхает он и убирает
руки, одной обнимая меня за талию, а другой снимая мою
ладонь со своей шеи.
— Не знаю, — мотаю я головой, как в бреду.
— Знаешь, скажи, что ты хочешь, и я это сделаю, — его
дыхание такое горячее, оно сводит с ума снова и снова.
— Дотронься до меня, — одними губами говорю я. Но
скорее всего он не услышал, музыка гремит, не
переставая, отдаваясь в груди басами. Возможно, это
сердце.
— Дотронуться? Проверить насколько ты возбуждена? — подсказывает он, и я только киваю.
Моё тело напряжено, оно хочет выгнуться навстречу его
руке, которая плыла по внутренней стороне бедра. Его
пальцы остановились на кромке чулок, он, немного
оттянув застёжку от пояса, отпустил её. Я выдохнула от
наслаждения и некоего подобия шлепка. Он продолжал
вести пальцами вверх, рисуя какие-то знаки на моём
животе и опускаясь полукругом к другому бедру, крепко
удерживая меня рядом с собой, ноги дрожали на
высоченной шпильке.
Я открываю глаза, замечая, как люди вокруг веселятся и
танцуют. Все происходит как в замедленной съёмке, а в
мою попу упирается твёрдый член, а рука Ника между
моих расставленных ног. И ведь никому нет дела до того, что он делает со мной, насколько накаляет тело и
заставляет голову отключиться, дать пространство и
кислород только инстинктам.
Его пальцы раздвигают половые губы, и я чувствую, ветерок между ними от быстрых движений рядом стоящих
людей. Это грязно, пошло и так возбуждающе, что я
перестаю дышать, готовясь, получить то, о чём так давно
мечтала.
— Боже, какая ты мокрая, — выдыхает Ник и проводит
средним пальцем от влагалища вверх и замирает у
возбуждённого бугорка.
Я не могу не то, что говорить, я пытаюсь не умереть от
