нехватки кислорода и хватаюсь за его руку на моей талии, когда его палец нажимает на клитор.
— Чёрт возьми, ты развратная девственница, Мишель, — продолжает он, и от его слов я издаю полу-стон, полу-
всхлип. Подушечкой пальца делает круговое движение
вокруг моего самого острого нервного окончания в теле, и
мне хочется затрястись от злости, что он так медлит.
— Такая сочная, такая открытая, — он снова проводит
пальцем вниз до влагалища и немного входит в него. Ноги
подкашиваются от нового открытия своего тела, но
сильная рука поддерживает меня, не давая рухнуть на
пол.
Он тут же убирает палец, возвращаясь к бусинке, требующей ласки. Я делаю рывок к его пальцам, но меня
возвращают обратно к твёрдому возбуждённому и
горячему мужскому органу.
— Ник, — молю я его о продолжении.
— Твой оргазм в моих руках, Мишель? — спрашивает он, делая новое круговое движение, огибая клитор.
— Да, — я начинаю кусать губы, чтобы не закричать.
— И это моё дело? Как и твоё здоровье?
— Да, Господи, да! — уже громче говорю я.
— Вот запомни это, крошка, и в следующий раз не делай
глупостей, — он с силой надавливает на бусинку, и я
чувствую, как по ногам поднимается горячий поток
наслаждения. Ещё немного...ещё одно движение и я
взорвусь от его рук.
Ник резко отстраняется и поворачивает меня к себе, заставляя смотреть в его глаза. Я нахожусь на грани
сумасшествия, я не могу дышать, я не могу стоять и я
хочу двигаться. Перед моими глазами туман, я не вижу
очертаний, не слышу ничего, кроме своего тела.
— Тише, крошка, тише, — проговаривает он и достаёт
мои трусики из пиджака, вытирая свой палец, блестящий
от моих соков.
— Ты издеваешься? — сдавленно произношу я и беру его
лацканы пиджака. Мне сейчас хочется его ударить, встряхнуть и...и поцеловать.
— Нет, я учу тебя, как нужно отвечать мне, — спокойно
произносит он и берёт меня за руку, таща за собой сквозь
толпу. Я чуть ли не падаю от дрожи в ногах от того, что
при ходьбе мои бедра трутся друг об друга, продолжая
держать тело в напряжении. Ник останавливается у
гардероба, а я прислоняюсь к нему, чтобы не рухнуть
прям тут. Он накидывает на меня шубу и снова тащит, что
я цепляюсь носом туфли об пол и лечу в него.
— Мишель, — он с улыбкой смотрит на меня, а я готова
реветь от внутренних ощущений.
Он с лёгкостью подхватывает меня на руки и быстрым
шагом идёт к машине.
— Ник, ты не можешь так поступить со мной, — шепчу я, крепко держась за его шею и утыкаясь в неё носом.
— Могу, крошка, я все могу, — уверенно отвечает он.
Майкл распахивает дверь машины, и Ник осторожно
сажает меня внутрь, а сам забирается рядом.
Мне обидно, чертовски обидно, что я позволила ему это
делать. Он воспринимает меня не как девушку, а как свою
нижнюю, когда я не соглашалась ни на что. Осознание
того, что произошло накатывает на меня, и я чувствую
себя просто шлюхой сейчас, развратной девкой, коих у
него огромное множество.
— Мишель, — Ник пытается взять меня за руку, но я
вырываю её и поворачиваюсь к нему.
— Не трогай меня, — цежу я, смотря на него с
ненавистью.
— Не злись, — спокойно произносит он, а это ещё больше
выводит меня из себя. Я готова наброситься на него с
кулаками, ведь я же...надеялась...да черт, я решила, что
отдамся ему, а он унижает меня таким образом.
— Знаешь что, Николас, иди ты в задницу, — шиплю я и
отворачиваюсь от него, складывая руки на груди.
Всё это была фальшь, до единого жеста. За что он меня
наказывает? За то, что я не такая как его идиотки?
Я шмыгаю носом от бури внутри, тело до сих пор
чувствует его пальцы, и рождает фантазии на сей счёт, хотя я не хочу этого, я пытаюсь отрицать, но ничего не
получается. Я никогда так не была возбуждена. Никогда в
своей чертовой жизни не хотела мужчины так, как его. А
он гребаный садист! Он наслаждается моим состоянием, для него это привычно, но для меня отвратительно.
Весь путь до моего дома, как я могла угадать по
знакомому маршруту, мы молчим, пока я до скрипа
сжимаю зубы и желаю поскорее от него избавиться.
Майкл паркуется у знакомого фасада и я уже тянусь к
ручке двери, но Ник перехватывает мою руку и прижимает
меня к себе.
— Выйди, Майкл, на пару минут, — приказывает Ник, и
шофер немедленно подчиняется.
— Отвали от меня! — кричу я, пытаясь выпутаться из его
рук.
— Замолчи, Мишель, закрой свой рот, — рычит он мне в
ухо, но я упёрто продолжаю извиваться в его руках.
— Слушай меня, — он разворачивает меня к себе и
крепко сжимает за плечи, немного встряхивая.
Он впивается в меня яростным взглядом, что мне
становится не по себе, страх окутывает меня, словно
тёплый воздух, и я замираю, поджимая губы.
— Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя? — открыто
спрашивает он.
— Ничего я не хочу, — цежу я каждое слово.
— Хочешь. Только вот и я хочу. Хочу сделать тебе
больно, чёрт возьми. Я не хочу быть нежным и ласковым, я хочу видеть, как ты корчишься от боли, когда я буду
трахать тебя. Но для тебя это неприемлемо, а иначе я не
могу! — он срывается на крик, что я отодвигаюсь назад.
— А что ты можешь? Выставлять меня своей девкой, как
в клубе? Унижать меня? Так вот я тоже не могу больше
этого терпеть! Иди к Саре, или к кому ты там ходишь, а от
