Неожиданно мне стало жаль мужчину. Не знаю, как вы, а лично я начинаю лишь сильнее заводиться, когда в ответ на свои восклицания слышу спокойное: «Лампа, не дергайся». Намного лучше, если противоположная сторона с радостью поддерживает истерику. Можно поорать друг на друга, и тогда быстро успокаиваешься. Равнодушное выражение на лицах домашних в момент ссоры является для меня крайним раздражителем.
— Выгнать сию секунду! — кричал совершенно красный Антонов.
— Успокойся, папа, — мрачно протянул Костя, — у тебя давление подскочит.
Я быстро встала.
— Михаил Петрович, пойдемте, я покажу семейный альбом, специально привезла его с собой.
Неожиданно краснота с лица хозяина дома исчезла.
— С удовольствием погляжу фото, — мирно ответил он. — Возьми с собой воды!
Я схватила со стола бутылку минералки и побежала за «дядей».
Кабинет Антонова выглядел шикарно: просторная комната, обставленная очень дорогой мебелью из цельного массива. Страшно представить, сколько может стоить даже одно из шести кресел, расставленных по пятидесятиметровому пространству. Похоже, они сделаны из красного дерева и обиты антикварной гобеленовой тканью.
Михаил Петрович рухнул на софу.
— Сейчас, подожди, сделаю один звонок, — с этими словами он достал из кармана мобильный телефон и набрал какой-то номер. Но так и не дождавшись ответа, убрал сотовый снова в каман.
— Они меня до смерти доведут.
— У вас просто несовпадение темпераментов, — попробовала я успокоить Антонова.
— Нет, хамят нарочно! — еще в запале воскликнул Михаил Петрович. — Вот всегда так: начинаю справедливые замечания делать, а они спорят. Безобразие! Не уважают! Ни в грош не ставят!
— И дети, и жена вас очень любят, поэтому и не желают ввязываться в конфликт, берегут ваши нервы, — попыталась я успокоить «папеньку».
Но тот вдруг снова побагровел и, сильно толкнув стоящий возле диванчика столик, заорал:
— Не сметь со мной спорить! Я всегда прав.
Я вздохнула. Ну вот, опять. Кстати, хотите дружеский совет? Если встретились с неуправляемо гневливым человеком, не бойтесь. Как правило, такие люди подобны петардам: загорелись, взорвались и погасли. Намного хуже те, которые тихо тлеют яростью, прикрывшись улыбочкой. Вот от женщин типа Анны или Киры жди ножа в спину. А еще «фейерверк» легко утихомирить, если быстро перевести разговор на какую-нибудь малозначительную тему.
— Кто такая Белочка? — живо поинтересовалась я.
Михаил Петрович шумно выдохнул воздух.
— Собака. Ее завела Аня. На мой взгляд, совершенно ненужная забава, но жене захотелось, и я спорить не стал. Правда, считаю, что животные не должны жить в доме, их место на улице.
— Ой, — воскликнула я, — а где же песик?
Антонов сел к столу.
— Наверное, спит. Белочка в супругу характером — тихая, никогда не лает. Надо быть справедливым: от нее никакого шума. Но есть и неприятность.
— Какая? — решила я продолжить беседу, радуясь, что Антонов перестал нервничать из-за глупых слов няньки.
— Белочка гадит на участке, — пояснил Михаил Петрович. — Я отдал большие деньги за ландшафтный дизайн и теперь не желаю любоваться на кучи дерьма на газоне. Пса следует выводить в лес, тут недалеко калитка есть.
— Очень правильно, — закивала я. — Но ведь прогулка приятное дело: надел на животное ошейник, прицепил поводок, и вперед, заодно сам свежим воздухом подышишь.
— Легко сказать, да трудно сделать, — покачал головой Антонов. — Я целыми днями на работе, уезжаю ровно в семь, сегодня из-за тебя задержался. Костя, Кира, Лана и Галина тоже заняты. У Ани научные исследования, их прерывать нельзя. Сейчас с Белочкой Сережа гуляет, мой шофер, ты его видела. Очень неудобно получается: утром Сергею приходится из-за этого на час раньше приезжать. И вечером ситуация не лучше: я могу и в полночь вернуться. Белочка столько терпеть не способна, в результате ее просто выставляют за дверь. Вот, решили нанять человека для выгула собаки.
— Тут вроде деревня недалеко, — улыбнулась я, — местные жители небось нуждаются в деньгах.
Михаил Петрович встал, походил по комнате, потом снова сел к столу и начал перебирать лежащие на нем бумаги.
— Они хотят деньги получать, а не зарабатывать, — отрывисто сказал он. — Знаешь, какой месячный оклад я предлагаю за ежедневную двухразовую пробежку с Белочкой?
— Даже не предполагаю.
— Триста баксов.
— Так много? Но почему? Совершенно ерундовое дело — пробежаться утром и вечером с животным!
Антонов вынул из коробочки вычурную толстую ручку, снял колпачок и вдруг усмехнулся.
— Цену я постепенно набавлял. Сначала, как ты, рассуждал: в деревне работы нет, местные жители в Москву катаются, а тут такая лафа. И потянулись сюда претенденты. Много их было, но все прочь убежали. Как услышат, что каждый день приходить надо, сразу охают: «Это чё получается, без выходных работа?»
— Вот странные люди! — засмеялась я. — Ясное дело, собака не сумеет с вечера пятницы до утра понедельника терпеть.
— Еще интересовались: «А можно утром с ней два часа побродить, зато чтоб вечер свободный?»
— Они идиоты?
