А утром, едва проснувшись, я поворачиваюсь к Дамиру, хотя это сложно сделать – он держит меня крепко, как дракон свое сокровище – дожидаюсь, пока он сонно посмотрит на меня и тихо говорю:
– Давай попробуем, Дамир. Но замуж я пока за тебя не выйду, ладно?
Глава 25.
– Мне черный чай и большой круассан с ветчиной, пожалуйста, – делает Лёша заказ, обаятельно улыбаясь хорошенькой девочке в фартуке официантки.
За эти полгода брат разительно изменился и буквально расцвёл. Ушла желтизна кожи и изможденность, плечи расправились, на лице появился румянец, а светлые волосы, которые во время болезни были как солома, сейчас красиво сияют на солнце. Нет ничего удивительного, что и официантка улыбается ему в ответ, но, бросив на меня взгляд, сразу же напускает на себя строгий вид.
– Заказ записала. А ваша девушка что будет?
Я не успеваю ничего ответить, а Леша уже влезает:
– Это не моя девушка, это моя сестра! Да, мы не похожи, но мы брат с сестрой , честное слово. Вот, смотрите, – он подхватывает мою руку, на которой сияет кольцо с бриллиантом. – Видите? Она замужем! А вот я нет. И я совершенно свободен.
Официантка не выдерживает и смеётся, демонстрируя очаровательные ямочки на щеках.
Не удивлюсь, если Лёша добьётся от неё номера телефона. Он парень симпатичный и, как оказалось, настойчивый.
– Вообще-то я не замужем, – уточняю я, когда официантка отходит от нашего столика, записав мой заказ: капучино и чизкейк.
– Ну почти замужем, – отмахивается Лёша. – Какая разница, Леруня? Вы же с Дамиром всё равно поженитесь.
Я хмурюсь и ничего не отвечаю.
– Я что-то не то сказал? – озадаченно спрашивает Лёша. – Я думал, у вас всё хорошо.
– У нас всё хорошо, – соглашаюсь я.
Эти полгода пролетели незаметно. Нам было легко вдвоем. Словно и не было того времени, когда мы не жили вместе, когда не просыпались каждое утро на одной кровати. Единственное, что отличало нашу жизнь от тогдашней, – это то, что теперь мы не работали вместе. Дамир подхватил бразды управления корпорацией и звал меня вернуться на любую позицию, но я отказалась.
Получив акции, я основала собственный благотворительный фонд, и это требовало от меня немало сил и времени. Иногда даже приходилось засиживаться по вечерам или в выходные с бумагами, и Дамир всегда ругался, что я не умею нормально отдыхать.
Дамир…
Это странно, что в мире существует человек, с которым мы настолько совпадаем. Физически, душевно, по чувству юмора, по моральным ценностям… Кажется, что стоит просто сказать ему «да» и играть свадьбу.
Но что-то меня останавливает.
Словно есть какая-то черта, за которую я так и не могу перешагнуть. Эту черту провел страх, который родился в сердце в тот день, когда Дамир вышвырнул меня на улицу, не согласившись даже выслушать. И потом этот страх и недоверие только укрепились, когда он считал меня виноватой до тех пор, пока не получил доказательства обратного.
Мне кажется, именно в этот момент я выстроила внутри себя стену между собой и ним. И эта стена всё ещё стоит. И пока она стоит, я как будто не чувствую себя настолько уверенной, чтобы выйти за Дамира замуж и стать Сафоновой.
Я пытаюсь сбивчиво объяснить это Лёше, но вижу, что он меня не понимает. Вообще брат всегда на моей стороне, но и к Дамиру он относится очень уважительно. Может, потому что тот его спас. А может, всему виной мужская солидарность. Не знаю.
– Он тебя очень любит, – убежденно говорит Лёша. – Я никогда не видел, чтобы кто-то кого-то так сильно любил. Знаешь, как он на тебя смотрит, когда ты не видишь?
– Знаю. Он на меня так смотрит и когда я вижу, – грустно усмехаюсь я.
– А ты что, его не любишь? – поколебавшись, неуклюже спрашивает Лёша. Видно, что такие разговоры о чувствах даются ему непросто.
– Люблю. В том-то и дело, что люблю. Иначе я бы с ним не осталась.
Кажется, я продолжала любить Дамира даже тогда, когда ненавидела. Что-то во мне всегда тянулось к этому человеку – с самой первой встречи, с самого первого взгляда.
– Тогда прости, но я ни черта не понимаю, – признаётся Лёша.
Я пожимаю плечами и с облегчённой улыбкой встречаю официантку, которая приносит нам наш заказ. Она мило улыбается Лёше, он делает ей комплимент, и я очень радуюсь, что мы ушли от той темы, которую только что обсуждали.
Я очень люблю брата, но не готова продолжать этот разговор.
Лёша как будто это чувствует, и когда официантка снова уходит, начинает рассказывать про свой университет. Кажется, академическим умом он пошёл в нашего общего отца – во всяком случае, на кафедре были очень рады его возвращению и не только восстановили брата в аспирантуре, но и дали ему возможность преподавать у младших курсов.
Лешу это очень вдохновляет. И хотя ему всё ещё приходится регулярно пить лекарства и постоянно следить за своим здоровьем, уже можно сказать, что худшее позади. Пересаженная печень прижилась, операция по удалению тромба прошла успешно, и теперь будем надеяться, что его ждёт долгая и счастливая жизнь.