Нарочно медленно нажимаю тайный рычаг, захожу в кабину лифта и кручу колесо. Ко мне Ксандр так и не присоединяется, оставшись на месте. Вот и славненько. До деревни иду быстрым шагом, придерживая подол длинного платья. Где находится дом старосты уже запомнила, так что двигаюсь сразу к нему, решив навестить Дюка немного позже.
Народу на улицах не так много — большинство ушло работать в поле, а остальные заняты своим делом. Впрочем, те, кто видят меня, тут же склоняются едва ли не до самой земли, испуганно отводя взгляды. Вежливо киваю им в ответ, стараясь выглядеть доброй и благосклонной, но при этом все-таки хозяйкой. Статус феникса ведь надобно блюсти, чтоб ни у кого не возникло желания его проверить.
Дверь староста открывает почти сразу.
— Госпожа феникс? Вы пришли за запасами? Я думал, у вас еще осталось... — чуть удивленно спрашивает он, а затем кланяется.
И хотя поклон его глубок, но чуется в нем некоторая неохота. Что-то мне это не нравится... Дюк бы сразу за корзинками побежал. А этот думал, ишь...
— Большая часть продуктов ушла на жителей деревни, помогавших мне с починкой лестницы, — холодно улыбаюсь. — А сейчас, гражданин староста, позволите пройти?
— Да-да, госпожа феникс, — спохватившись, мужик уступает мне дорогу.
Ведет сразу в столовую, как и в прошлый мой визит. И, как и раньше, остро чувствую, что в доме есть кто-то еще — из спальни слышен какой-то шорох.
Сажусь за стол, стучу пальцами по гладкому дереву. Староста в это время суетно начинает расставлять тарелки с едой.
— Вы ведь наверно еще не завтракали, госпожа феникс? — спрашивает он. — Сейчас все быстро накрою.
— Не завтракала, — нагло вру. — А ваша супруга к нам присоединится?
— Как вы наверно слышали, моя супруга больна, — морщится мужик. — Она
предпочитает есть в своей комнате, госпожа феникс.
— Понятно, — киваю, решив пока не давить.
— Так что вы хотели, госпожа феникс? — спрашивает он, закончив суетиться.
— А что, мне нельзя просто навестить вас, гражданин староста? — вскидываю брови.
— Конечно можно, госпожа феникс.
— Вот и славно, — отхлебываю горячий чай.
Какое-то время мы оба молчим. Староста искоса поглядывает на меня, словно
пытаясь разгадать истинную цель визита. Я отвечаю ему прямым взглядом. Пусть понервничает, раз ему есть, что скрывать.
— Гражданин староста, — нарочито медленно тяну я, когда тишина длится слишком уж долго.
— Да, госпожа феникс?
— Заметила, что в деревне не особо жалуют фениксов, и в том числе меня. Не
знаете, отчего? — вопрошаю с милой улыбкой. — Вроде я ничего плохого местным не делала, так почему от меня все шарахаются, как злостные неплательщики от налоговой?
Прямо обвинить его в распространении слухов не могу, чтобы не подставить Дюка. Но докопаться до сути сегодня намерена любым путем.
— Не понял, госпожа феникс? — трясет головой староста, едва заметно поморщившись. — Вас просто уважают, вот и побаиваются. Вы же хозяйка замка.
— Уважение — это хорошо, — довольно киваю, и мужик расслабляется.
Рано, лапушка. Ой, рано.
— Да, госпожа феникс, вас должны уважать, — частит староста.
— Но как уважение связано со страхом я по-прежнему не понимаю, — щурюсь. — Фениксы всегда были стражами и защитниками. Значит, меня должны уважать из благодарности, а не из страха. Может, собрать всех местных и объяснить им, что они заблуждаются из-за собственного неведения?
— Как вам будет угодно, госпожа феникс. Но если вы все-таки хотите знать мое мнение...
— Хочу.
— Лучшее уважение исходит из страха. Оно надежнее.
— М-м... — внимательно разглядываю мужчину.
Фениксы никогда особо не лезли в дела жителей деревни, а просто делали свою
работу. Поэтому и получилось так быстро распространить о них ложные слухи — просто никто с ними близко не связывался.
И да, до моего прихода старосте было выгодно все это. Так его считали защитником и дружно боялись какого-то большего зла. Но сейчас ведь все немного иначе. Я здесь и начала налаживать связи. Он должен понимать, что в итоге его лжи придет конец. Я бы на его месте попыталась как-то договориться со мной, предложить свою помощь или вроде того. Чтобы в глазах остальных снова стать героем, сумевшим усмирить жуткого феникса.
Но он... нет, он, конечно, предложил мне помощь с поставкой продуктов, но в
остальном... В остальном он вел себя так, словно знал, что я здесь ненадолго. И это мне категорически не нравилось.
— Спасибо, что уделили мне время, гражданин староста, — приняв решение, встаю из-за стола.
Сознаваться в своих грехах мужчина явно не собирается. А применить силу или прижать его фактами не могу уже я. Иначе, в первом случае и впрямь выставлю себя монстром перед местными. А во втором случае подставлю Дюка. Но и уйти ни с чем не в моем стиле.
— Что вы, госпожа феникс, двери моего дома для вас всегда открыты, — кланяется староста, мелкими шажками семеня следом.
Я же, покинув столовую, резко меняю направление и иду к запертой двери, за
которой кто-то шуршит. Уж хоть про его жену мне нужно выяснить. Тем более, еще на подходе к дому заметила, что окон в этой комнате нет. Точнее, они есть, но наглухо закрыты ставнями.