Староста, удивительно резво для своего возраста, преграждает мне дорогу.
— Вам туда нельзя, госпожа феникс, — почти кричит, выставив вперед руки.
— Почему? — удивляюсь. — Я всего лишь хотела поприветствовать вашу супругу. Я у вас второй раз, но до сих пор с ней незнакома. Разве это вежливо?
— Я уже говорил, она больна и ей нужен покой, — мотает головой староста.
— Так я не нарушу ее покой, — тоже мотаю головой, не оставляя попыток решить это дело диалогом. — Просто поздороваюсь и уйду. Или вам есть, что скрывать, гражданин староста?
— Если честно, то есть, — внезапно признается он, так и не отступив с пути. — На самом деле, она заразна. Наша деревня закрыта, если болезнь распространится, это будет означать конец для всех. Но я слишком люблю ее и не могу...
На секунду замираю. Вдруг это и есть его тайна, а все остальное я сама выдумала? Но тут же одергиваю себя. Нет, не сходится. Во-первых, откуда взяться вирусу в закрытой деревни? Вряд ли они здесь проводят эксперименты над летучими мышами. Во-вторых, будь она так больна, староста бы тоже заразился. Он же живет с ней и наверняка приносит еду. В-третьих, инстинкты просто вопят, что мужик врет.
— И все-таки, я загляну. Вдруг ей требуется помощь. Отойдите, гражданин староста, — говорю решительно, потянувшись к ручке.
— Нет! — теперь мужик почти рычит, перехватив меня за руку. — Я сказал нет!
— Что же вы, не боитесь гнева страшной госпожи феникс? — вскидываю брови, а дальше откровенно блефую. — Я ведь могу испепелить вас на месте.
— Фениксы никогда не трогали людей. Их магия способна только очищать мир от тьмы, — свистящим шепотом выдает он, наконец открыв свое истинное лицо. — А уж со слабой девчонкой я справлюсь.
Бинго. Видимо, там действительно что-то важное, раз он пошел во-банк и сознался во лжи. Интересно, что? Может, он садист и бьет свою жену? И поэтому она даже на улицу не выходит... Мысли проносятся в голове быстро, а вслух я выдаю с ядовитой улыбкой:
— Ошибаешься, лапушка.
Перехватываю занесенную для удара руку мужчины, заламываю ее за спину. Тычком заставляю упасть на колени. Верчу головой в поисках какой-нибудь веревки.
Староста, впрочем, сдаваться не собирается. Воспользовавшись заминкой, вырывается. Поднявшись, снова пытается меня ударить. Отскакиваю, повалив стул. Так, надо бы его вырубить. Хорошо, что за минувшее время тело Ланы успело немного обрасти мышцами и уже не такое слабое, как прежде.
Уворачиваюсь от нового удара. Староста бьет медленно, он явно в этом не мастер и рассчитывает только на свое физическое превосходство. Пригибаюсь, выкидываю вперед руку, целясь в кадык. Попадаю и мужик начинает кашлять. Пока не опомнился, добавляю еще несколько точных ударов, и еще, и еще. Да, они слабые. Но я знаю, куда бить, чтобы вышло болезненно. А когда он снова падает на колени, хватаю стул и опускаю его на голову старосты.
Нокаут.
Стянув с бесчувственного мужика его же пояс, связываю ему руки за спиной. Ну вот, пришла пора посмотреть, что там он сделал с несчастной женой. Впрочем, увиденное превосходит все мои фантазии...
Глава 16
Бытовые ссоры, поножовщина и побои — все это я уже видела, так что привыкла. Распухшие лица, гематомы или кровь давно не пугали меня и особой брезгливости не вызывали. Проф. деформация, чтоб ее.
Но здесь...
Жена у старосты действительно имеется. Вот только... Из-за закрытых ставен в комнате довольно темно, так что сперва часто моргаю, пытаясь привыкнуть к новому освещению. И только потом вижу странную высокую фигуру, что бесцельно бродит туда-сюда. Ноги она передвигает медленно, едва ли отрывая их от пола, так что каждый шаг отдается тем самым шуршанием.
Шорх. Шорх. Шорх.
— Простите... — говорю совсем тихо, отчего-то вдруг испугавшись. И тут же,
откашлявшись, добавляю уже громче: — Эй, гражданочка.
Вроде здесь нет ничего такого. Темная комната и в ней человек. Но на спине все равно проступает липкий холодный пот.
Услышав звук, фигура замирает. Развернувшись, идет на меня. Все так же медленно, словно зомби. И я наконец могу разглядеть ее получше. Платье рваное, потому что слишком ей мало. Из-под подола виднеются мужские ноги с большими ступнями. Руки тоже мужские, с широкими ладонями и короткими
пальцами. На уровне плеч кожа странно темная, почти черная и... похожа на камень. Как у Чарли, когда он оживает. А выше — тонкая женская шея, маленькая головка с длинными волосами, сейчас сальными и слипшимися.
Лицо же... Охнув, прикрываю рот рукой. Не выдержав, делаю шаг назад. Такое я тоже видела. В фильмах ужасов, ага. Потому что у существа буквально нет лица. Вместо глаз, носа и рта — складки кожи, и от этого все выглядит совсем жутко.
— Что это, мать твою, за фигня?! — восклицаю, быстро захлопнув дверь прямо перед этим чудовищем.
Дергаю щеколду, на которую прежде была заперта комната. Тяжело дыша, пытаюсь успокоиться. Хорошо, в этом мире есть драконы и фениксы. Это я уже приняла. И даже магию, артефакты и почтовые камни приняла. Но эту фиговину... Что это вообще такое? И откуда взялось?