Могла ли я подумать, что Макс Ржевский, наш новый генеральный, тот самый незнакомец из лифта?! И под маской железного человека, крупного инвестора, владельца огромного холдинга скрывается настоящий мужчина, который умеет быть заботливым…Сейчас нас связывает фиктивный брак и договорные обязательства, а еще маленький Зайчик, которого подкинули генеральному прямо под дверь в корзинке с коконом для новорожденных.
– Так девственницей и помрешь! – Тим злобно бросает мне в спину, когда я полуголая и вся пунцовая вылетаю из его элитной квартиры.
С вещами в руках, которые успела захватить.
Помру, но это не точно.
Но таких отношений на раз не хочу! Он сам виноват. Я же поверила, что с ним можно рискнуть. Что он любит меня. Доверилась, а теперь вот…
Впопыхах надеваю свитер через голову, когда бегу по направлению к лифтовому холлу, пока никто не застукивает меня в неглиже. Судорожно бью по кнопке вызова лифта.
Стою. Не дышу. Чувствую, как по телу идет мелкая дрожь.
На этаже раздается звуковой сигнал. Двери лифта открываются.
Когда я собираюсь сделать шаг, то натыкаюсь внутри кабины на мужчину с грудным ребенком на руках.
– Вам вниз? – чуть ли не кричит на меня незнакомец, когда уточняет, не перепутала ли я, куда еду.
Ребенок попискивает. Надрывно плачет. Уже весь красный от натуги.
Я замечаю, что у малыша забавный костюмчик с капюшоном с ушами как у зайца. На ножках милые белые носочки с коровками.
– Вниз, – киваю, прохожу внутрь и в нерешительности застываю на месте.
Наконец, опомнившись, я нажимаю на первый этаж.
После того как двери лифта закрываются, кабину резко дергает вверх. Свет гаснет. Темнота поглощает нашу случайную троицу.
Мужчина не выдерживает:
– Твою ж… – раздается недовольный голос и тут же замолкает, потому что право высказаться берет на себя Зайчик.
Малыш очень старается. Оповещает присутствующих о чем-то важном. А мы, взрослые, тупим и не понимаем его.
– Может, вам его покачать? – предлагаю самый распространенный вариант из всех известных.
Незнакомец пыхтит. Молчит. Не отвечает. В общем, игнорирует.
Затем я ощущаю легкую тряску кабины. Вероятно, этот высокий и довольно мощного телосложения человек решает прислушаться к моему предложению. Все-таки, как-никак, я женщина. Материнский инстинкт у нас в крови.
Но спустя минуту жалких попыток по успокоению грудничка мой вариант проваливается с треском, потому что Зайчик чем-то опять недоволен.
Возможно, темнотой?
Я стараюсь абстрагироваться. Не моя проблема. Хочу достать телефон и подсветить панель с кнопками, чтобы вызвать лифтера, но понимаю, что сумку я удачно забыла в квартире Тима.
– У вас есть телефон? – задаю вопрос как можно громче, прорываясь через неостанавливаемый плач ребенка.
– Есть. Дома, – цедит каждое слово мужчина.
Не везет так не везет.
– Вы здесь живете? – спрашиваю в надежде, что незнакомец знает панель с кнопками лифта как родную и сможет по памяти найти ту самую – желтенькую, которая нас соединит с диспетчером.
– Нет. Просто катаюсь.
– Что вы в самом деле! – уже не выдерживаю я и делаю ему замечание. – Если мы не выберемся отсюда в самое ближайшее время, то, вероятно, потребуется скорая.
– Кому это?
– Ну явно не мне…
Хотя, чего греха таить, мне тоже не помешает успокоиться после всего пережитого, но в такой обстановке я даже собственных мыслей не слышу.
– Уа. Уа. Уа.
Зайчик явно боится. Прихожу к такому умозаключению и решительно, но на ощупь иду к мужчине.
Осторожно касаюсь кофточки ребенка.
– Руки уберите! – гаркает этот альфа-истерик. – Откуда я знаю, что вы ими делали?!
И вот я сейчас даже готова обидеться. На его тон. И грязные намеки.
– Ну как хотите, – проговариваю и уже собираюсь развернуться и пойти бить вот этими самыми руками по всем кнопкам.
Вдруг оно так сработает – и диспетчер выйдет на связь.
Зайчик явно настроен изучить ораторское искусство на все сто процентов. Он берет еще на тон выше, и даже у меня начинает противно пульсировать в висках.
– Стой! – командным голосом останавливает меня незнакомец. – Есть идея лучше?
– Да, я беру ребенка на себя, а вы нас спасаете. Желательно быстро. Я в вас верю! – зачем-то последнее ляпаю бездумно.
Ну надо же как-то замотивировать эту скалу мышц, которую я успела рассмотреть у него под футболкой.
Кстати, о ней. На дворе зима. А он в таком виде. Ладно я! У меня были на то причины, а он-то? И ребенок легко так одет, в одном костюмчике…
– Бери, пока не передумал, – практически рычит где-то у меня над макушкой.
Практики у меня с такими малышами вообще ноль. Ни сестер, ни братьев. Но я как-то приспосабливаюсь, вспоминая подругу, у которой недавно была в гостях. Светка совсем недавно выскочила замуж, а уже нянчится со своим ребенком, успев родить.
Я целую Зайчика в крохотную головку, спрятанную под капюшоном. И слегка покачиваюсь из стороны в сторону, напеваю колыбельную, которую включала подруга не так давно.
***
– Что вы там возитесь? – шиплю на мужчину, а сама уже понимаю, что не вывожу.
Зайчик приснул на моих руках. И я боюсь пошевелиться. Жутко затекла спина, и пальцы занемели. Ребенка было бы лучше переложить в кроватку, на худой конец – в переноску.
Я стою и чувствую, как на сгиб локтя малыш уже начинает пускать слюни.
– Что, уже спит? Не может быть!
– Может, – с гордостью утверждаю я и немного продвигаюсь вперед.
