— Тебе просто плевать на меня! Тебя волнуют только собственные хотелки. Захотелось секса — потрахал. Захотелось чего-то другого — бросил меня в постели и ушел. Хотя почему я возмущаюсь, скажешь ты, я ведь фиктивная жена! Я тебе нужна была только для шантажа. Теперь, как я понимаю, надобность во мне отпала. В таком случае верни меня в Россию. И ищи себе ту, у которой хватит лишних нервов терпеть твой невыносимый характер.
— Я уезжаю сегодня, потому что дело неотложное, — процедил он сквозь зубы, царапая мой слух угрозой.
— Поедешь искать то, что у тебя украли те бандиты. Устроишь разборки. Что -то пойдет не так, и меня снова похитят. Ты сам ничем не лучше бандита. А бандитов с меня хватило. Я не хочу жить в страхе за свою жизнь.
Он в два шага подступил ко мне, схватил за плечи и встряхнул так, что у меня стукнули зубы. Это вместо утешения, вместо нежных объятий и обещаний, что все будет хорошо. Вместо объяснений. Только вчера, когда он чуть не потерял меня, в нем пробилось что -то другое, заботливое.
— Угомонись, Элизабет! — шипел гневно в лицо. — Мне сейчас некогда устраивать с тобой разборки! Я вернусь и спокойно поговорим.
Спокойно... Спокойно можно говорить, когда уже все равно. Когда стихли чувства... Может, когда-нибудь я смогу спокойно говорить о нас. Но сейчас слишком жгла в груди злость.
— Я тебе что, подчиненная?! Когда ты начнешь обращаться со мной, как со своей женой? А если ты меня считаешь кем угодно, только не ей, то дай мне улететь в Россию!
— Ты никуда не улетишь! — пальцы впились в плечи до боли.
— Почему, черт подери?! Зачем я тебе теперь?! Тебя раздражают ссоры — избавься от меня и от них заодно. Я продам все свои вещи, украшения — и мне хватит на квартирку в небольшом городке.
— Только попробуй что-то продать, — сощурился он.
— Почему я не могу улететь?
Он не говорил, что дело в том, будто меня снова могут похитить или вообще убить. Вполне возможно, его враги уже потеряли интерес к нам. Украли то, что им нужно, и поделом. Тем более уехать в Россию, затеряться где -то в небольшом городке, может быть безопаснее, чем торчать тут на вилле. И Демид явно это понимал. Но упрямо молчал.
Скажи, что я тебе не безразлична. Или хотя бы произнеси простое: я не хочу тебя отпускать. Я тогда, честно говоря, точно потеряю рассудок. Плюну временно на то, что меня так раздражает в нем. Подожду, пока он вернется, пока у него появится время поговорить.
С его признанием мне было бы не так одиноко. Оно бы проникло в сердце и грело меня изнутри.
Лиза, не будь безрассудно наивной. Скорее всего, я до сих пор нужна ему ради какой -то неведомой мне выгоды. А вчера у меня были галлюцинации, когда в его глазах горели чувства, а с губ срывалось нежное “Бетти”.
Но почему он теперь молча испепелял меня взглядом? Почему не ужалил привычной угрозой?
— Демид, почему ты молчишь? — пробормотала голосом, осипшим от подступающих слез.
— Пытаюсь угадать, что ты задумала. — Его взгляд обжигал кое-чем хуже, чем злость. Там пылала опасная подозрительность. — Внезапно решила уйти, когда появилась возможность остаться. Ты же этого хотела — чтобы я не разрывал брак. Теперь своим уходом манипулируешь мной. Хочешь, чтобы я на коленях ползал и умолял тебя остаться? Поспешила ты, Элизабет. И, видимо, ошиблась. Со мной твои хитрости не пройдут.
От шока у меня пропал дар речи. В глаза будто швырнули пригоршню песка. Я быстро -быстро моргала, пытаясь вдохнуть, но грудь сжало стальными цепями. Демид отпустил мои плечи и отступил на шаг.
— Я прекрасно знаю, что ты влюблена в меня. Хочешь получить взаимность — десять раз подумай, прежде чем говорить мне что-либо, прежде чем совершать опрометчивые поступки. Сейчас ты выбрала худший момент и совершаешь глупость.
Наконец-то мне удалось протолкнуть пухлый ком в горле. Дышать еще тяжело, поэтому я запиналась время от времени:
— Для тебя отношения — бизнес. Ты не хочешь или не умеешь вести себя по-другому... Чувства чувствами. но я не уверена, что хочу быть твоим деловым партнером. Когда в чувствах боли больше, чем счастья, они умирают. И я свои приняла решение добить.
Он нервно вздохнул и потер затылок.
— Твою мать, Элизабет! — Демид резко взмахнул руками, я невольно дернулась, испугавшись. Но он просто разрезал ладонями воздух, взъерошил волосы и глянул на часы. — Я сейчас должен уже выезжать. Меня ждет самолет. Хочешь — опустоши кредитку. Хочешь — поставь в каждом углу по цветку.
— Поэтому я и хочу уйти, — перебила его. Когда прежде рисковала перебивать его? Просто чем дальше, тем больше убеждалась в решении. — Мне не нужны твои деньги. Я их тратила только для тебя. Чтобы быть красивой. Чтобы носить вещи, от которых ты не будешь воротить носом. Чтобы постараться дотянуться до тебя. Ты ошибся. Спутал меня с какой-то из своих меркантильных подружек, которые, как ты говорил, во всем с тобой согласны, но все потому, что мечтают вытянуть из тебя побольше денег.
