Студия была оформлена довольно солидно, хотя, конечно, далеко не так шикарно, как на центральных каналах. Круглую сцену окружал трехрядный амфитеатр со зрителями. В центре за стеклянными стойками, похожими на пюпитры, расположились эксперты – местные депутаты, юрист, полицейский и какой-то политолог из Москвы. Ему дали весьма лестную характеристику, но, насколько мне было известно, на эту роль собирались заполучить более маститого специалиста. Темой передачи являлись протестные настроения после выборов 2011-2012 годов и прогнозы на будущее.
Артем был одет в строгий костюм и белую рубашку с галстуком, но гримеры и визажисты явно перестарались. Он выглядел прилизанным и каким-то искусственным, да и держался несколько скованно. Впрочем, другим вряд ли это было так заметно, просто я слишком хорошо его знала и… переживала за него.
Протесты практически обошли стороной Заозерск. Конечно, многие были недовольны нарушениями, но дальше ворчания дело не шло. Лишь кучка активистов время от времени устраивала несанкционированные митинги у здания мэрии, но их быстро разгоняли, обходясь без задержаний и арестов. За лето и эта минимальная активность сошла на нет. Сентябрьский Марш миллионов в Заозерске остался практически незамеченным. Один из депутатов был в Москве в тот день, но ничего революционного из него вытянуть не удалось, хотя Артем и старался. С вопросами из зала и того хуже. Присутствующих, похоже, плохо подготовили к передаче, и они воспринимали ее не как диспут на острую политическую тему, а как встречу с депутатами, так что говорили о наболевшем – о раздолбанных дорогах, о плохом качестве воды в городском водопроводе и тому подобном. Артем пытался вернуть их к заданной теме, но ему это плохо удавалось, хотя вряд ли в том была его вина.
После одного животрепещущего вопроса из зала депутаты пошли в разнос. На глазах изумленной публики разгорелась междоусобная война. Коммунист сцепился с единороссом, справедливоросс вставлял шпильки, а представитель Жириновского откровенно глумился над всеми присутствующими. Эта скандальная сцена оживила передачу, казалось, и сам ведущий впервые почувствовал интерес. Однако перепалкабыла слишком продолжительной, времени на подведение итогов практически не осталось, и концовка получилась скомканной.
Я была обескуражена этим просмотром. Конечно, нередко первый блин выходит комом, но ведь можно было подстраховаться, а не выходить вот так, с бухты-барахты, в прямой эфир. Бедный Артем! Надеюсь, его передачу сразу не закроют, а дадут возможность реабилитироваться, ведь надо же с чего-то начинать, чтобы расшевелить заозерскую публику. Я прочитала комментарии. Их было немного, и они, большей частью, оказались такими же тусклыми и невнятными, как и сама передача.
Через некоторое время, занимаясь домашними делами, я поймала себя на том, что мне хочется как-то утешить Артема. Ах, если бы мы были вместе, то такого не случилось бы! Я бы ему помогла еще на стадии подготовки. Во всяком случае, постаралась бы отговорить от прямого эфира. Конечно, прямой эфир – это круто, но слишком большой риск браться за такое без опыта работы перед камерой. Если бы он знал, что есть возможность сделать дубль, вел бы себя более уверенно и спокойно. Я понимала, что глупо терзаться из-за неудач того, кто меня так безжалостно бросил, вследствие чего я наделала кучу ошибок, за которые теперь расплачиваюсь. Стоп! Да, Артем меня бросил, но наделать ошибок помог мне не он, а Олег. Олег очень ловко воспользовался моим подавленным состоянием и манипулировал мною, как хотел. Моя неприязнь к нему опять усилилась.
Когда он вернулся домой, я сидела за кухонным столом перед компьютером и пребывала в наипаршивейшем настроении.Лучезарно улыбаясь, Олег вынул из-за спины букет из семи роскошных белых роз.
– Это тебе.
Букет был изумительным, но я не спешила таять и хмуро осведомилась:
– За что такая честь?
– Хочу поднять тебе настроение.
Поставив цветы в вазу, я наклонилась к ним, но никакого аромата не ощутила.
– Розы отдельно, запах отдельно, – весело произнес он, доставая из кармана коробочку с духами.
Его комментарий показался мне забавным, да и к его подаркам я уже успела привыкнуть, так что взяла в руки протянутую коробочку и попыталась прочитать название. Написано было по-французски, и я не смогла точно распознать, что это флёр или флирт.
– Понюхай, – поторопил меня Олег.
Я открыла пробку и сразу ощутила изысканный, тонкий и… знакомый мне аромат. Именно этими духами пахло от него, когда он возвращался домой после свиданий. Я резко закрыла пробку и, поставив флакон на стол, подтолкнула к Олегу:
– Забери их себе, они мне не нравятся.
– В чем дело? – обиделся он, потом понимающе усмехнулся: – Ревнуешь?
– Еще чего! Просто кое-чего не могу понять. Если у тебя есть подружка, то почему с предложением заключить фиктивный бракты обратился именно ко мне? А вдруг я тебя обману или как-то подставлю? Я ведь вообще могу спутать твои карты, рассказав Вере Степановне о наших отношениях. Как ты пошел на такой риск?
